11 July

Не нравится смотреть на свое отражение, пока не смотрю, легче думать, что все в порядке. Равновесие начинает сильно шататься, когда глаза и вся совокупность лица обнаруживаются красными и синими, чуть не на грани слез. Не думала, что мне когда-нибудь понадобится писать свой внешний портрет. Неужели никому больше не видно? Неужели я так сильно меняюсь или хорошо притворяюсь, когда кто-то рядом?


Мне хочется быть одной, потому что так проще понять себя, почувствовать свое состояние. Не то чтобы я наслаждалась тем, в чем плаваю сейчас, но чтобы выплыть, нужно следить за тем, когда становится лучше\легче, когда улыбка настоящая. Почему-то стало очень трудно понять, увидеть, почувствовать саму себя, в этом все дело. Я жду, когда все пройдет. Режим ожидания включен. Напоминания о том, что нужно жить, кажется, даже в таком состоянии, вызывают недоумение.


Больше всего я не хочу видеть Леню. Думать о том, какой он меня видит, какого он обо мне мнения, как с ним «общаться» и общаться, о чем, есть ли смысл? Я не хочу обо всем этом думать, ощущения самые тяжелые. Я точно больше не хочу ничего «близкого», мысли о том, что что-то было, вызывают чувства, которые мне не хочется даже описывать, даже для себя как-то облекать в слова. Но сколько продлится «ничего не хочу», я не знаю. Про книги и ударку я все равно ведь буду спрашивать. Что это за общение вообще такое, почему я не могу нормально ответить на вопрос «кто он такой»? Другим? Или себе? Дурацкие вопросы. Не знакомый, не друг, не приятель. Первая любовь и человек, с которым многое связано. В прошлом. Очень важный для меня человек. В настоящем или только в прошлом? Раз уж я готова чуть ли не кого угодно бросить\оставить в его пользу, значит, важен в настоящем. Зачем я вообще так стараюсь классифицировать, почему с ним это так важно? Какого черта я так парюсь и переживаю? Я могу от случая к случаю общаться с Сашей, целоваться, спокойно обсуждать, не начать ли нам встречаться, и даже не думать о том, что это за отношения, даже не пытаться. А когда он поднимает эту тему я говорю: «зачем классифицировать?» и кажусь себе абсолютно правой, может и не только кажусь. Общаться, не думать, не заморачиваться, не придавать значения людям, не делить знакомых и друзей, знакомиться на каждом шагу, не запоминать имен, не иметь друзей, потому что не подпускать к себе ни_ко_го. Ноль друзей, ноль отношений. Так было гораздо проще. Да, помню я, помню, черт, что «проще не значит лучше», Лень, дай мне хотя бы о тебе писать без твоего участия, это уж слишком! Зачем было так сильно вбивать себя в мою голову? Риторический вопрос, конечно.


Ничего не выдумывать. Лишнего. Слова врезаются то ли в сознание, то ли напрямую в сердце против моей воли и мимо любых попыток контроля. В наушниках Мельница, вместо слов повторяется Анино «не думай, не думай» монотонным голосом.

Стоять, смотреть в зеркало на себя посреди ночи, когда все спят, только я одна зависла в своей сказке. Я снова пытаюсь то ли выкарабкаться, то ли не сойти с ума с помощью любовных историй, хорошо подделанных под реальность. Рассматривать огромные синяки под глазами, потому что уже четвертая ночь подряд затягивается до рассвета и дальше, это кошмар, сплошной кошмар, а не жизнь, и уж точно не моя. Увидев себя в зеркале, мне потребовалось какое-то время, чтобы вспомнить, что я не герой какого-нибудь фильма или сериала, и еще в три раза больше времени чтобы убедить себя в этом. В зеркале кто-то совсем другой, я не привыкла обращать внимание на свое отражение, и, кажется, впервые увидела там эту девушку. Она сумасшедшая, это точно. Мои мысли и то, что было в зеркале не похоже, минут через пять стало страшно. Разглядывать свои руки и зеленые вены как чужие, все это. Я не персонаж какого-нибудь фильма. Нет. Я живая, настоящая, и мои мысли принадлежат именно мне. Я, черт возьми, существую. Дождь за окном настораживает. Потрескивающие боли в теле тоже. Мимика. Этим не стоит ни с кем делиться. Пожалуйста, пускай я поскорее забуду эти ощущения и такое больше никогда не повторится. Пожалуйста. Мне страшно.
Лучше не видеть себя в зеркале.