Posts with tag мысли
01:47 - 05:03
Мда, совсем уже ночь. Вставать по идее через пять часов. И это если я прямо сейчас усну, а я спать еще пока не собираюсь. У меня есть важное дело: мне нужно поговорить, даже не так, мне необходимо договориться с собой. Даже несмотря на то, что я устала. Тсссс, тихо. Сегодня я дошла до того момента, когда это стало необходимым. И я быстро это поняла. И я не стану убегать, я знаю, чем это может закончиться. И я знаю, насколько мне это важно. Теперь бы еще понять, как все правильно сформулировать.

Хорошо. Все началось с того, что Джамал (мой новый одногруппник) сегодня после пар, когда мы шли к метро, спросил, сдана ли у меня история, которая была в этом семестре, а я спросила, что за история, и только после уточнения у старосты, было ли такое, вспомнила, что да, в самом начале сентября был такой предмет, который я почти полностью пропустила из-за проведенного в Грузии отпуска. Думать так сразу не хотелось, отмахнулась. Но быстро очухалась, испугалась. Повторения прошлой сессии испугалась, себя, заросшей долгами, испугалась. Вспомнила августовский пост. Полу в шутку попросила Джамала пнуть меня насчет истории, написать в тг. Он сказал, что препод хочет закрыть ведомость к концу ноября. А ведь это уже совсем-совсем скоро. И потихоньку, по дороге домой, пока готовила с мамой ужин, пока смотрела с ней серию Рика и Морти, и окончательно уже в душе я осознавала, что время пришло. То, чего я так боялась уже стоит на пороге и машет ручкой, да-да, мой страшный сон, сессия, неспроста созвучная с “депрессией”, и в моем ошалелом сознании вполне синонимичная.

Так, я за водичкой. Дело в том, что у меня тут некоторые проблемы. Кхм. Закончив с душем, я пришла к себе уже настроенная на написание поста, я уже мысленно была в процессе. И решила сначала немного привести в порядок свой маленький тг канальчик “списки и заметки”. Какое-то время назад Марина создала такой, добавила меня, и осозналось, что это очень удобно. Тг у меня есть и на компьютере, и в телефоне, и там я чаще всего проверяю сообщения, проще всего доступ и так далее. Откопала старые “надо” по учебе, и прошлась по всем сообщениям в учебной группе в вк, выписала себе список с тем, что мне надо сделать, кое-где поставила себе дедлайны. Уже на этом моменте мне постепенно начало плохеть, а после я еще договаривалась точнее с Мишей о планируемом походе в кино завтра. Слава богу, разобрались, выбрали фильм, купили билеты. Хорошо, что это так просто: выбрал места, сразу по карте оплатил, все заранее. Но из-за этого отложился пост, и мое нервное напряжение успело за это достаточно короткое время (всего-то полчаса!) от почти незаметного вырасти до физически ощутимого и в данный момент занимающего существенную часть моего внимания.

Я планировала себя хвалить и успокаивать. Успокоиться мне сейчас очень нужно. Как? Так, ну это не так сложно, как может показаться. Для начала - дышать. Ровно, спокойно дышать. Боль в животе уже пришла, следующей ступенью обычно приходят нарушения дыхания. Второе, и самое важное: мне нужно написать итоги прошедших нескольких месяцев. Давай, соберись с духом. Как-то я не ожидала, что это будет так сложно. Еще час с небольшим назад все прекрасно мысленно писалось, а сейчас после каждого предложения останавливаюсь, и вот даже посреди предложения тоже в ступор впадаю. Но вот сейчас это было очень даже кстати. Отвлеклась на чатик. Тут немного поподробней остановлюсь, раз уж речь зашла. Так, начать, пожалуй, с августа. Один замечательный во всех отношениях резист, Титус (на самом деле Андрей, но их так много, что если всех по именам буду звать, то сама запутаюсь), как-то приехал ко мне в гости, ну как, во дворе посидели, покурили, поболтали, и привез с собой, как он его тогда назвал: “сливочное пиво, как в Поттере”, а на деле это был сидр brothers карамельное яблоко. Мне тогда было грустно, плохо, мыслей депрессивных вагон и маленькая тележка, и вот хороший человек приехал поддержать как-то. И немного угостил вкусняшкой заодно. И понеслась… Честно говоря, сама не понимаю, как и когда так получилось, но через месяц я обнаружила себя завсегдатаем энлайтопаба, в который меня Титус отправил за вкусняшкой. Достаточно быстро я обзавелась там приятелями, в том числе и среди энлайтов, собственной скидочной картой, и этим удивительным “тебе как обычно?” от шикарного бармена (на самом деле он официант, но я уж как-то привыкла так его называть). Я отдавала себе отчет в том, что я раз-два, а иногда и три раза в неделю оказываюсь в баре, как правило спонтанно, и мое местоположение оказывалось сюрпризом для меня самой. Время от времени пыталась найти себе компанию среди знакомых и друзей, особенно среди тех, с кем стала гораздо меньше общаться и видеться из-за снижения активности в ингрессе, и вот тут у меня достаточно быстро проснулись все мои бесчисленные тараканы. И о ненавязчивости, и с автоматическими мыслями, что я раздражаю, что не нужна, что мешаю, что делаю еще что-то не так, косячу. В общем и целом, писать стало страшно. И сначала я стала думать о создании чатика в каком-нибудь далеком будущем. Об этом тоже было очень страшно думать. Я вообще та еще трусиха. Но вот 24-го октября (ого! а времени-то уже прошло достаточно много!), причем так, мимоходом, на работе, в перерывах между звонками и прочим, я создала “зебрачат” и стала потихоньку добавлять друзей, хороших знакомых, и просто людей, к которым я прониклась каким-то особым теплом, в компании которых мне хорошо, уютно, спокойно, весело. Люди, в компании которых я бы хотела оказаться. Вполне вероятно, что это связано с еще одной недавней ситуацией. После приблизительно девяти месяцев молчания (а до этого еще дольше) мне написал Федя Кулаков, хотел со мной встретиться, мы даже договорились. Но я поймала себя на том, что совсем ничего не чувствую, и главное, что, моделируя в своем сознании по аналогии с последними встречами с ним свое потенциально возможное времяпрепровождение, я не увидела себя ни радостной, ни хоть сколько-нибудь наслаждающейся происходящим. И вот тут важный момент. Да, окончательно осознав этот факт, я написала Феде напрямую, мол, так-то и так-то, может, что-то и измениться, но сейчас я не вижу смысла с тобой пересекаться, потому что я просто не думаю, что твое общество будет мне приятно. Важное здесь то, как я стараюсь относиться к своему времени и к самой себе. Я всячески стараюсь окружать себя только хорошим. Только теми людьми, которые хотят проводить время в моем обществе, и чья компания мне приятна, заниматься только тем, что способствует улучшению моего настроения и вместе с этим общего фона. Все эти месяцы каждый день я вела войну со своей апатией, со своей печалью, со своей истерией и депрессией. И большую часть времени я хорошо справлялась. Мне все еще слабо в это верится, хотя все доказательства на лицо, но я преодолела этот ужас. За последние два или даже три месяца меня всего лишь пару-тройку раз накрывало настолько, что в мое сознание возвращалось “я хочу умереть”. Сейчас мне это даже писать страшно. Чтобы вдруг не вернулось. Я очень стараюсь быть счастливой. Я занимаюсь тайм менеджментом, и все больше привыкаю к жизни по расписанию. И считаю это очень крутым достижением. Я вообще много чего добилась за это время. Например, и это одно из самых главных, я перешла в совершенно иной режим игры в ингресс. Меня уже достаточно давно нет в чатиках, еще с Ваку. Кхм. Но даже когда это потеряло актуальность, я не возвращалась, потому что боялась снова начать упарываться, потерять контроль над собой. Потом я почувствовала, что достаточно уже пришла в себя, чтобы вернуться в несколько функциональных чатов, чтобы продолжить играть в сообществе, но делать это редко. Я убрала ингресс из приоритетов на задний план, где игра изначально и должна была быть. Я будто бы проснулась от нудного, тяжелого, выматывающего сна, со всеми своими амбициями, претензиями, требованиями. Я столького хотела от других, и не меньше ожидала от себя, но не справлялась, не понимала, тыкалась в стены. Я очень многому там научилась. Я знаю, что пришла в ингресс совсем ребенком, знаю, что это время прошло не зря, ни о чем не жалею, и все-таки оно закончилось. Я больше нигде и никого не координирую, но самое главное, что я больше ни за что не несу отвественности. Все, я сложила с себя груз, который взяла (зачем? почему?). Ненужный груз, совсем не мой, и в особенности потому что это просто игра. Теперь я хочу брать оттуда только хорошее, то, что меня радовало, в строго ограниченных по времени рамках и только в хорошей и проверенной компании. Вот про людей - это самое для меня важное в ингрессе в целом. За год активной игры я успела ко многим привязаться и обрести немало “врагов” и недоброжелателей. Контактировать с негативно настроенными по отношению ко мне людьми у меня больше нет никакого желания, нет и необходимости (ведь я ничего больше никому не должна, только самой себе, хотя так ведь и было всегда, просто я заблуждалась). И во многом причина не возвращения во флудочаты в том, что я не хочу больше тратить на них то время, что уходило на чтение раньше. Это еще одна причина появления зебрачатика: ведь у меня остались люди, которых я не хочу терять, с которыми я хочу продолжить общение. Вот так и появился мой алкочатик. По большей части там тихо и спокойно. А еще сейчас там уже больше тридцати человек. И там уютно. Это мое место, единственная флудильня, вторая комнатка, побольше родного и любимого “сообщества”, хотя и оно в полном составе есть в зебрачате.

Так вот, сейчас я отвлеклась именно на этих людей, тех, кого я выбрала, самых теплых, обнимательных, потенциальных собутыльников на какой-нибудь очередной рутинный вечер, людей, которых я всегда рада видеть, даже совсем ненадолго. Сначала опять-таки было страшно, но вот сегодня, кажется, я окончательно осознала, что мне там хорошо, уютно и тепло.

Что еще? Из достижений последних месяцев еще то, как я сейчас стараюсь выстраивать взаимодействие с Мариной и Аней. В какой-то момент я осознала, видимо, когда чуть их не потеряла обеих, что это те люди, в которых мне больше всего надо вкладываться, потому что я не переживу, если потеряю их… *Тихо ты, не плакать*. Еще совсем недавно все было очень непросто. С Аней - из-за ухода из универа, а позже моей гадкой ревности к Тихому. То есть просто взять и порадоваться, что у моей лучшей подруги появился молодой человек, я не могла, просто не справлялась, мне ее не хватало, я устраивала совершенно детские и дурацкие истерики а-ля отобрали любимую игрушку, и только усугубляла и без того напряженные к тому моменту взаимоотношения с одним из самых близких и дорогих мне людей. Я идиотка, я знаю. Но я опомнилась, с помощью Марины и Ваку, и наконец-таки довела до своего ума простую мысль, что для того чтобы не потерять человека, нужно перестать критиковать, требовать, предъявлять претензии, что нужно отпустить и принять ее такой, какая она есть, научиться относиться с пониманием к тому, что мне теперь уделяется не так много времени, как это было раньше, в университете, что мне теперь рассказывается гораздо меньше. Осознать, что это связано в первую очередь не с желаниями человека, а с расстоянием и временем. Невозможно оставаться такими же подругами, какими мы были, когда виделись почти каждый день на учебе, оказавшись в разных вузах. А я не могла это понять и не могла с этим смириться. *Да хорош уже, заколебала порываться зареветь*. Судя по тому, как трудно это писать, перестать быть эгоистичным ребенком было еще сложнее, чем казалось, пока я об этом просто ни с кем особенно не говорила. Мне было стыдно за то, какой я была хуевой подругой. Поэтому я просто постаралась молча исправить настоящее, ведь с прошлым уже ничего не сделаешь. Я и сейчас далеко не идеальна, но в общении с этими двумя людьми: с Мариной и Аней, я стараюсь больше, чем вообще когда-либо с кем-либо. И я справляюсь, у нас уже вот эти несколько месяцев стабильный мир, тепло, уют. Я знаю, что это я их познакомила, и атмосфера в этом маленьком мире - вот это как раз полностью моя ответственность. Вот где ее на себя давно уже надо было взять, а не срываться. Вот о ком надо было заботиться, а не о каких-то незнакомых людях.

Когда летом Марина написала, что нас, тройки, уже давно нет, казалось, что это все, конец, приехали. И я, глупая, поругалась со вторым драгоценным человеком. Позже мне хватило ума извлечь из этого урок. Я снова сделала ошибочные выводы, я снова вела себя как ребенок, обижалась на человека, который просто констатировал факт, была как эти короли древности, убивавшие глашатаев, приносивших плохие вести, вместо того чтобы разбираться с проблемами в государстве. Но и тут я молодец. В итоге, не сразу. Первый раз за все годы общения с Мариной я по-настоящему испугалась, что она уйдет. На самом деле это был пиздец, полный. Первый раз с того момента, как мы с ней сблизились, я почувствовала себя по-настоящему одинокой, я отчетливо ощутила вокруг себя вакуум, было так пусто, что казалось, если я умру, ничего не изменится, вообще ни-че-го. Я была на грани. Тогда я стала писать посты в пустоту. Я заткнула себя в своем нытье тем, кого только что считала друзьями, и направила себя в чат с собой, в заметки на ноуте, а потом переселилась в гугл документы. Несколько месяцев эти посты-заметки так и лежали никем не читанные. Несколько месяцев абсолютной эмоциональной пустоты. Я чувствовала себя вновь четырнадцатилетней, которую только что бросила лучшая подруга, я чувствовала себя преданной не только Мариной, но всем миром сразу. Я была зла за то, что меня к себе привязали, заставили вновь поверить в дружбу, и вновь бросили. Мне казалось, что история повторяется. Но все это было исключительно в моей голове. На самом деле, конечно, никто меня не предавал, никто не привязывал и не заставлял. Я все еще ребенок, но я наконец-таки учусь на своих ошибках. И вместо того чтобы обвинять, требовать, обижаться, я сначала призналась себе, что мне нужны вот эти две прекрасные девушки, и что я сделаю все, чтобы сохранить их дружбу и любовь. Я сама не знаю, как мне после такого удалось все вернуть, но я, нет, мы это сделали. Я запомнила, что мне нужно быть внимательнее и инициативнее по отношению к Марине, спокойнее и терпеливее к Ане, и все будет хорошо. И вот, стало ведь. Так что я молодец. Я все еще не справилась со своей огромной жизнью, я все еще социально неадаптированный ребенок, но у меня есть друзья, и это - чудо чудесное, и это - самое лучшее, что только могло случится в моей жизни. И теперь, когда я чуть не потеряла их обеих, я в десять раз больше ценю каждую встречу, каждый пост, каждое сообщение с рассказами о том, что у них там происходит, даже нытье, даже любые мелочи - я всему этому радуюсь. И… Наверняка это совсем не так много, как мне сейчас кажется, но я никогда раньше не выкладывалась так во взаимоотношениях с кем-либо. Поэтому я молодец! Вот. Такое у меня большое достижение. Шаг навстречу социальности. И да, за все это я продолжаю мысленно благодарить Ваку. И это, слава богу, тоже уже спокойно и без надрыва.

Ох, уже четыре утра, я а все еще не закончила…. Как я завтра пойду, куда там, на выставку, в кино? Там сначала еще работа, боже, дай мне сил, пожалуйста. Где-то я там себе предварительный шаблон писала, прежде чем приступить к очередному приступу графомании.

Итак, резюмирую: я молодец! Ага, это основная мысль, для которой я все это сейчас писала. Изо дня в день я борюсь с собой, прилагаю усилия для того чтобы существовать в мире с людьми и с собой, работаю, терплю все чаще ничем необоснованные замечания, учусь. Мне очень тяжело дается жизнь сама по себе, но чем больше я прилагаю усилий для того, чтобы сделать ее (жизнь) легче, тем лучше у меня получается. Нет, правда, я охуенная. С весны и приблизительно до середины лета я успела сменить нескольких психологов и психиатров, разных препаратов, посидеть на снотворном, упасть в такую бездну, в которой еще никогда в жизни не была, надеюсь, что никогда не вернусь (по крайней мере на постоянное жительство), и никому такого не пожелаю, отчаяться, а потом…. просто вытащить себя за шкирку, медленно так, по миллиметру, ухая иногда обратно. Но вот сейчас я боюсь, но я напишу это: я справилась. Я сделала это сама.

Но. Теперь по сути. Самое страшное, самое тяжелое еще впереди. Я, безусловно, очень крута, но это было вне сессии. Теперь впереди замаячило то, чего я больше всего опасалась. На прошлой неделе у меня почти не было пар, по расписанию стояла пара ОБЖ в пятницу, но я в итоге и на нее не поехала. Могла бы заняться делами, но вместо этого расслабилась и немного распустила себя: съездила на фермы, целых два раза, поиграла несколько дней активней, досмотрела до третьего сезона Мерлина. Но это тоже хорошо, потому что я отдохнула, выспалась: пару дней засыпала в половину одиннадцатого! А потом вдруг очнулась, и вот, уже совсем скоро поездка в Питер, которая обещает быть очень удачной, и пытаясь договориться с кем-то о встрече, я смотрю в календарь, делаю фейспалм, мне стыдно, я борюсь с желанием убежать и спрятаться куда-нибудь, но факт: вечер со мной необходимо планировать минимум за неделю, а целый день за полмесяца, если не больше. И вот в этот момент меня настигает Джамал с историей, и все, приехали. Я смотрю в календарь на ближайшую неделю, две, три, четыре. Месяц будет не из легких. И мне нужно морально к нему подготовиться. Вот какова цель этого поста. Я решила для себя, что сейчас еще до конца недели я позволю себе расслабляться, отдыхать с друзьями и приятелями, постараюсь хорошенько повеселиться и набраться позитивных эмоций в поездке в Питер, а с понедельника начну потихоньку вводить себя в сессионный режим. Я не знаю, как с этим справлюсь. Вернее… Я совершенно точно знаю, что мне будет пиздец. Меня будет накрывать, и этого никак не избежать. Я очень надеюсь, что обойдется без часов глядения в потолок и покатушек по кольцу в оцепенении, но и к этому мне нужно быть готовой. Хуже, чем было во время прошлой сессии, уже в любом случае не будет. Зато может быть лучше. Если я буду готова к своим состояниям и проработаю себе методики выбираться из них, способы справляться, то, возможно, я все-таки смогу справиться и с этим периодом. Если я переживу эту сессию, то официально объявлю (самой себе, конечно, в первую очередь), что пиздец окончен, депрессия преодолена, и я действительно тот самый “мужик, у которого стальные яйца”, каким называла себя несколько жизней назад.

Вот уж не думала, что можно натереть себе руки пониже запястья, печатая тексты. Хмм. Главной моей проблемой на сессии было то, что я не верила в себя. Мне и сейчас это очень трудно, но вот для этого-то я и сижу тут битый час, набираю буковки. Чтобы укрепить уверенность в себе, ну или создать ее, да. Поэтому и основным способом борьбы с дружбой с потолком и прочими моими психозами будет очень простая мысль. Мне нужно просто вспоминать о том, что я смогла сделать в своей жизни, или хотя бы вот за этот небольшой период времени. О том, что я все-таки сильная. Да-да. Я снова сильная. Поэтому, временно поддавшись знакомому чувству собственной беспомощности и бесполезности любых своих действий, я смогу вспомнить, что это не правда, дернуть себя, заставить себя писать самой себе, или перечитать вот этот пост, или написать в сообщество за волшебным пенделем, или в зебрачат, или кому-нибудь в личку. Если я почувствую, что мне нужна помощь, я смогу сформулировать, что именно мне нужно, и попросить об этом. Я не одна. Вокруг меня есть люди, которым на меня совсем не плевать, которые хотят мне помочь, искренне за меня беспокоятся. Хей, серьезно, когда я у меня был самый пиздецовый пиздец в жизни, в январе, когда я оказалась наедине со своим огромным, невыносимым новым страхом, разве я оставалась одна хоть сколько-нибудь? Нет, ко мне приезжали как на дежурства друзья, приятели, они поддерживали меня, отвлекали, смешили, они оказались рядом. А когда я лежала в больнице, ко мне каждый день толпами ходили резисты, а соседи собрались в компашку и играли со мной в уно. Да я ж охуенная, я умудрилась полежать в больнице так, что теперь вспоминаю это как веселое и приятное время, вспоминаю с теплотой и улыбкой. Я умудрилась собрать вокруг себя тусу, создать свою атмосферу. Я со всем справилась, я все пережила. И все обязательно будет хорошо.

И у меня тут еще такое “яхад, лев эль лев нифтах бе тиква ла ахава” (вместе, сердце к сердцу откроем, в надежде, к любви *переводчик я ниоч*).

И последнее, но не менее важное, это моя повседневность, которую необходимо урегулировать и строго зафиксировать и сформулировать некоторые правила, необходимые для того чтобы справиться с ближайшим месяцем. Фух, поехали. Во-первых, люди: безусловно, я не буду уже отменять некоторых договоренностей на следующую неделю (а они есть, угу), но новым раньше конца декабря не быть. Я разрешаю себе видеться с Аней и Мариной, желательно с обеими вместе, но не чаще раза в полторы недели. Я разрешаю себе посидеть где-нибудь в пабе с кем-нибудь из зебрачата, но только при условии, что это не на кануне дедлайна или зачета, если что-то недоделано, на 1-2 часика, только если я почувствую, что я устала-загонялась и мне ну ОЧЕНЬ надо, и не чаще раза в полторы недели. Исключение составляет только Тоша, приезжающий из Америки, которого я очень ждала и по которому очень-очень соскучилась. Тут я время найти просто обязана, но договариваться надо обязательно заранее, чтобы была возможность адекватно распределить время на учебу. С мамой только Рик и Морти, максимум 2 серии, не чаще раза в полторы недели. Мерлин так же, только одна серия, не чаще раза в полторы недели. То же самое относится к манге, максимум полтора часа, можно разбить, тоже не чаще раза в полторы недели. Аня, Марина и Тоша - обязательно, всего остального по возможности и по состоянию избегать и справляться со стрессом и отдыхать за книжной частью моего недавно приобретенного интереса к Артуриане, те читать википедию, Кретьена де Труа, Гальфрида Монмунтского и так далее. Если вдруг совсем пиздец накроет, Лин, ползи к Фраю, это лекарство точно поможет, даже если все остальное бессильно. Но ненадолго, успокаивайся, бери себя в руки, и давай дальше, и не пахать, Лин, а справляться, просто справляться со своей жизнью. Ты можешь, а значит все должно получиться.

А, и последнее, это про ингресс: никаких опрц, никаких ферм после Питера, тебя нет, для рзст ты умерла, можешь только заходить рабочку и домашку подхакивать, да порталы подчардживать. И ВСЕ! Да, и если ты занимаешься, то либо телега закрывается, либо, если вдруг там кто-то пишет, зебрачат не открывается. ВООБЩЕ. Фух. Все путем будет. Я сильнее, чем думала весной-летом. Я все еще солнце, я все еще умею дарить тепло, прыгать от восторга, делать глупости, знакомиться на улице и просто где попало. Я несколько месяцев упорно себе доказывала, что я - это все еще я, вот чем я занималась, вот что привело к появлению новых рекрутов. Я должна была вспомнить, кто я. И это еще одно мое достижение, потому что я справилась. Все, на этом можно наконец-таки ставить точку и, хммм, попробовать уснуть на 2-2,5 часика?.. Напишу в чатики, чтобы кто-нибудь позвонил. Надеюсь, сработает. А дальше - чай, кофе, и побежали дальше. Жить. На полную катушку. Потому что только так и надо.
06.09.2017 11:52 - 14:49
Пожалуй, я могу написать, что все не так уж и плохо. Хмпф. Просто время идет, и постепенно все будет налаживаться. Удивительно, с какой легкостью я верю этому сейчас, хотя еще совсем недавно, всего лишь пару недель назад, мне казалось, что моя жизнь кончена, ничего уже никогда не наладится, и остается только ждать смерти или умереть. Однако все не так. Назвать себя счастливой я все же не могу, но в целом жизнью вполне довольна. Не знаю, когда это там случилось, не заметила за депрессиями, нескончаемой апатией и панически-физическими страхами, но я повзрослела. Не могу в связи с этим не вспоминать и не думать о Ваку… Хочется хоть немного похвалить себя, но в итоге я каждый раз переключаюсь на него и мысли с этим связанные. Что ж, пока это так свежо, и я не могу размышлять спокойно и без таких всплесков эмоций, лучше это оставить. Дать себе и жизни\миру время.

Начались пары, и привычно подступали нервы. Начались разговоры о том, как что сдавать. На работе тоже местами бывает непросто. Но я справляюсь. И мне хочется себя за это похвалить. Иногда я выпиваю. Достаточно часто заглядываю в WE, он же гп, он же гиртопаб, чтобы снести п8з, помешать фармить энлайтам, но это скорее приятное дополнение, чем основная причина выбора именно этой локации. В большей степени мне просто частенько хочется выпить алкоголя, и первый раз в жизни я нашла что-то, что мне действительно нравится: это сидр карамельное яблоко brothers, которым меня как-то угостил Титус. Забавно, что резист в итоге подсадил меня на энлайтопаб. Вряд ли местным завсегдатаям нравится то, что я там поселилась. Были планы пофармить, предположим, и тут я такая, счастливая, довольная, с синим сканером и обнимашками впридачу прибегаю, сношу п8з, может и не с первого раза, но хакомоды выбиваю сразу и фармить под огнем тут никто не станет. Я прихожу в штаб чужой фракции, здороваюсь с барменом и прошу "как обычно", и по-детски радуюсь, что вкусняшка еще есть в наличии. Знакомлюсь с энлайтами. Не то чтобы я этого искала. Возможно, первые пару раз мне это было интересно, мне этого хотелось. Но я успокоилась, и теперь приезжаю именно выпить, и тот факт, что это энлайтобар, меня не шибко смущает. Но вот на днях я встретилась там с мт81 уже второй раз, и мы разговорились.

Дальше уже совсем не про фракции или игру, хотя и не безотносительно. Увы, мало что в моей текущей жизни может быть не связано с ингрессом. И начну, пожалуй, с недавно появившегося новичка. Еще одно странное стечение обстоятельств: на соседней улице от моего дома на протяжении всего времени моей игры работал агент-плюшка, который сначала стал помогать и поддерживать меня в игре, потом, постепенно, стал поддерживать меня в жизни, и в итоге мы очень сблизились. Какое-то время каждый раз, когда мы с Гошей ссорились, я писала Тоше. Начиналось с мелочей, я даже помню, как просила пятых резов, как ходила специально от дмитровской домой, чтобы пройти мимо шм (это рабочка его и еще нескольких наших агентов). За время без постов или почти без постов, без повседневок, я даже не вспомню, когда это последний раз имело для меня хоть какое-то значение, за время без тейсти и чтения чужих дневников, которые мотивировали бы вести свой собственный, упущено очень многое. Целая жизнь в ингрессе, целая жизнь с Гошей, целая жизнь в ПСТГУ, и это тоже прошло практически мимо текстов. Я, как всегда, прыгаю с мысли на мысль. Я надеюсь, что когда-нибудь еще напишу про Тошу отдельно. Тогда, когда пройдет достаточно времени, чтобы поверить, что он есть, несмотря на переезд в Америку… Или тогда, когда станет понятно, что в моей жизни его больше нет, все кончилось, и можно подводить итоги и рассказывать еще одну историю. И ставить очередную точку с запятой, ибо точек просто не существует. И я помню об этом.

Так вот, стоило только Тоше уехать, как появился Костя. Еще совсем маленький, 4-5лвл, а рабочка все та же, шм, хотя в его случае весьма условно. Костя гиперактивен и в игре, и в эмоциях, и в своем желании общаться и видеться со мной. Не вижу в этом ничего плохого, до тех пор, пока не пройдены границы дружеского общения. Впрочем, надеюсь, что этого не случится. Костя меня заинтересовал не этим, и даже не тем, что это весьма симпатичный парень абсолютно в моем вкусе. Дело в том, что начались разговоры о религии, о семинарии, о католических мессах, о демонизме и язычестве. И вот в пятницу он поймал меня после пар, и вместо того чтобы упороться по порталам (хотя и без этого немного тоже не обошлось), мы засели в старбагс и разговорились. Я попыталась копнуть глубже и выслушать его, узнать, чем именно и почему он интересуется, и какова его история. Однако, разочаровалась, и быстро. Не знаю, насколько я права, всегда остается шанс на то, что я сделала ложные выводы. Всегда хочется думать о людях лучше. Но получается с трудом. Глупо чего-то ожидать от людей. Мне ненадолго показалось, что я встретила интересного человека, но… Он говорил глупости, набрасывал пустые фразы о греческом пантеоне, Шумеро-Аккадской цивилизации, об исламе, о догматике, но стоило мне задать ему хоть какой-то вопрос - и он впадал в ступор, и ничего не мог ответить. Ни хронологию западного мира, даже тех понятий, о которых говорил, ни даже как-то описать сущность этих понятий. Я для себя сделала вывод, что человек заврался, что все, о чем он говорит - сплошная ложь, что он поверхностен и глуп. Нет, я не перестану после этого с ним общаться и играть, но верить и выводить на не поверхностные беседы не стану. Плохо это или хорошо, но я повернула разговор таким образом, что он должен был почувствовать всю степень своей ущербности в моих глазах, и под конец посоветовала ему лекции Зубова по истории религий, раз уж именно эта тема была в наших разговорах основной. Приятно было вспомнить, что я в чем-то разбираюсь и ориентируюсь, но вместе с этим сразу проснулась тоска по осмысленности, тоска по знаниям и тяге к знаниям, тоска по дискуссиям, в которых каждые 10-15 минут приходится лезть в википедию, потому что просто не веришь, что то, что говорит тебе твой оппонент в "споре" - правда, пытаешься отстоять свое мировоззрение или достроить его, или собрать заново, когда собеседник разрушает привычное и знакомое представление о какой-либо стороне жизни. Тоска по истории и литературе, по абстракциям, метафизике, философии - по всему тому, что не имеет никакого отношения к реальной жизни, к психологии, какой бы она ни была. Это две абсолютно разные медали моего любопытства, которые мне так и не удалось связать друг с другом. Но почему же я пошла на филологию, а не на психологию? Я предпочла изучать абстракцию: жизнь, мир, историю, литературу, вместо конкретики и копании во внутренностях человека. Да мне выбор даже в голову не пришел, я всегда верила, что через общее можно перейти к частному. Но мне ни разу это не удавалось.

Каким-то странным образом этот разговор подействовал на меня. Я уже давно отвыкла от споров, перестала видеть в них смысл, перестала получать от этого удовольствие, не видела в этом даже разминку для ума, не то что способ получить какую-то новую информацию. Я потухла, и вот уже несколько лет просто молчала. В ПСТГУ, пожалуй, я бы и не смогла нигде и ни с кем реализовать эту потребность, ведь в духовном и интеллектуальном плане окружающие были от меня очень далеки. Совсем другие принципы, взгляды на жизнь, представление о мире. Я слушала лекции по догматике, молилась перед и после каждой пары вместе со всеми, слушала то, как, о чем и кто говорит и запоминала, воспринимала, училась. Поэтому не было недостатка. А потом я ушла из вуза и достаточно скоро стала встречаться с Гошей, с которым я пару раз пыталась завести подобные беседы еще в самом начале отношений, но быстро поняла, что смысла в этом ноль. Сначала огорчалась, потом забыла и сосредоточилась на физическом и бытовом аспектах нашей совместной жизни. Потом в этих аспектах стало так много проблем, что любая философия стала просто не нужна, не важна и не актуальна. О каких возвышенных вещах можно говорить или думать, когда каждый день боишься истерик, битья стен, слез, боишься своих и чужих панических атак, не понимаешь, что делать и как с этим справиться, когда постепенно слово смерть и мысль о конце жизни занимает все больше и больше места, пока не заполняет почти полностью? Нет, тут уже нет места для праздного любопытства. Тут нет смысла интересоваться ничем, кроме того, что, возможно, поможет тебе выжить, порадоваться немного, быть хоть чуть-чуть счастливой.

Итак, я не могу сказать, что я пришла в себя, что меня больше не посещают мысли о смерти, или что я снова стала любопытной и ко мне вернулось наслаждение жизнью. Я стала спокойнее и уравновешеннее. Спасибо в первую очередь Ваку. Я стала чуть меньшей эгоисткой, чуть более внимательной к окружающим, чуть более понимающей.

Но на днях я встретилась с МТ81 в гп, и мы долго-долго говорили обо всем на свете. Мы говорили о книгах, о вере, о религии, о понимании, о споре о понятиях. Я выводила Марину на новые мысли, пропагандировала сомнение во след Декарту, как я всегда это делала (когда-то невероятно давно), пила сидр и выходила с ней на улицу курить тонкие сигареты, которыми она меня угощала. Я улыбалась и наслаждалась сладким вкусом карамельного напитка, беседой с явно неглупым человеком, и тем, что меня больше ничто не беспокоит. А потом мы говорили, конечно, про ингресс, читеров, вражду между фракциями, и закончили на том, что моя собеседница наконец перестала зазывать меня флипнуться за энлайт, потому что "я нужна ей в резисте", и потому что "она рада, что такие агенты как я, есть в противоположной фракции". А еще в ходе этого разговора я еще раз убедилась в том, что нет разницы, с какой стороны играть, и проблемы везде одинаковые. А еще оказалось, что когда-то давно, еще на заре игры, было сообщество за мирную игру-взаимоотношения между двумя сторонами, и как же грустно, что это закончилось. А вечер получился теплым, уютным, даже обнимательным, и ушли мы уже ближе к закрытию паба. Помню, как была удивлена, когда посмотрела на время и обнаружила, что уже за полночь.

Сентябрь, как всегда это бывает в моей жизни - знаменатель перемен. И пусть эта мысль останется сегодня без комментариев.
О том, что истории никогда не заканчиваются
9:02 29.08.17

Что-то вроде. Мм. Пафосно. “А теперь пора двигаться вперёд”. Мыслей много. И неудивительно. Здорово, что они проснулись. Но начать стоит не с них, а со строго описания, по порядочку, событий вчерашнего дня. Вчера я сумела написать и одну фразу: “трудно переоценить значение этого события в моей жизни”. И я себе не прощу, если это не будет задокументировано. И на этом с предисловием надо заканчивать.

Итак, вчера был понедельник, 28.08.17. Эту дату со временем я ещё запомню. Это достаточно неожиданно, но мне сложно описывать события по порядку, сдерживая/откладывая выплеск эмоций. Значит, даже если я сонная, если я спокойна и ни капли не взбудоражена, я всё ещё могу быть переполнена эмоциями? Сомнительно, но о своём состоянии я ещё подумаю позже. Надеюсь. А сначала, правда, вчерашний день, зебрушка.

Началось все, пожалуй, с переписки с Дафаней. Я в очередной раз писала о своём состоянии, ничего нового. Кроме одной мысли, появившейся уже ближе к концу рабочего дня. Суть в том, что мои мысли и намерения касательно моего ближайшего будущего показались мне похожими на то, что произошло с Димой, когда мы расстались. Далёкий 2013 год. Уход из универа и ото всех социальных связей. А ведь как похоже на то, что кажется мне сейчас самым вероятным дальнейшим развитием событий в моей жизни. Эта ассоциация не повлекла за собой дальнейших размышлений, нет. За этим последовали только действия. Первое, что я сделала, это написала Маше. Это та самая девушка, с которой мы когда-то мельком познакомились через Диму, и которая все эти годы являлась единственной ниточкой, связывающей меня с этой частью моего прошлого. Мы списывались раз в полгода, год или полтора. Обменивались новостями из своих жизней. Я присылала свои посты, она, как всегда, бурно эмоционально на них реагировала. Как всегда, я спрашивала, нет ли новостей от Димы, но вот уже несколько лет была только пустота. Мы не знали, чем он занимается, после того, как ушел из универа. Не знали, там ли ещё живёт. Мы не знали, жив ли он ещё, или нет. Она была его подругой когда-то. Я была его девушкой, и когда-то, в прошлой жизни, я любила его до безумия. И вряд ли когда-либо ещё кого-нибудь полюблю так сильно. Это была точка, в которой Дима был центром моей вселенной, и из которой моя последующая жизнь разворачивалась спиралью. А для Маши это был первый друг. Так что мы обе беспокоились. Молча. Итак, информации все так же ноль. А сколько лет прошло. Спросила у Маши, ездила ли она к нему в Кубинку, без задней мысли. Подумала, можно ли там что-то узнать. Ответила, что нет, и шанс крайне маленький. А я вспомнила, как приезжала на день рождения, и первые попавшиеся же девушки знали его, привели меня к его дому и потом узнали мне его домашний номер. Я сама ответила себе на свой же вопрос: городок-то маленький, все друг друга знают. Вполне может получиться. Хотя бы просто узнать, жив он или нет, может быть, чем он занимался после, все это время… И вдруг, неожиданно для себя решила, что точно поеду. И именно сегодня. Почему вдруг - самой бы понять. Но вот. Подумала, что вот если не ехать туда, то чем я буду заниматься? Играть в ингресс вокруг работы? Планировала в музеон зайти, может, полинковать. Он как раз стоял зеленый, чистенький. Или сразу домой, и ещё один пустой вечер безделья. Так какая разница, куда двигать тело, если все равно что вокруг пустота, что внутри пустота. Что я теряю, если съезжу в Подмосковье? В конце концов можно там поиграть, уники собрать. Чем не повод? Время - разменная монета, когда состояние настолько похуистическое. Что есть я, что нет меня. Все равно ничего не делаю. Все в помойку. Поэтому решиться было так просто.

31.08.17 9:21
Ближе к концу рабочего дня убежала наверх искать несколько новых карточек. Татьяна Вячеславовна и Диана не работали. Обнаружила подобранные карточки на среду (через день) с распечатанными анализами. Пациенты к тому моменту уже все были обзвонены, я была не шибко занята, так что села проверять. Пока привычно копалась в анализах, думала, когда бы посмотреть карту, как поехать, когда. Самым логичным решением (насколько здесь вообще может быть логика) было собраться с мыслями/силами и поехать сразу после работы, без лишних сомнений и мыслей.

20:49

Яндрекс посоветовал мне поехать на электричке с филей. Я обрадовалась, что не придется ехать с белорусской и ловить дополнительные флешбеки. Попала под дождь на филях, поспрашивала дорогу у прохожих, снесла/захватила/проапала пару-тройку порталов, подождала ближайшую электричку, благо, долго ждать не пришлось. Села в последний вагон, вспоминая многочисленные обсуждения “электричко-фарма”, п8з на каждой платформе, ну и главного: что достать порталы на станциях больше шансов, если сесть в последний вагон и хакнуть отъезжая. Вполне логично. Было бы, если бы везде были порталы в рендже из элок. Ух, как же мне не хватает смайликов в тексте. Совсем я одичала. Я честно пыталась +- на каждой станции ловить униквизиты, кое-где апать, один портал даже до п8с доделала. Почитывала мангу, вслушивалась в музыку, ни о чем не думала. Интернет работал с перебоями. Мелькала мысль о том, что, возможно, в кубинке у меня с этим будут проблемы. Однако, пронесло. Прибыла на платформу. Дорога пронеслась незаметно. Открыла карту, когда подумала: “наверное, уже скоро должна приехать”, а там через одну выходить. На предпоследней улыбалась как дурочка (или без “как”?) и фоткала поле через грязное стекло. “Тут мы с Димой гуляли/сидели, когда я последний раз приезжала”. Подумать только, четыре года! Это целая жизнь. И вот, я снова оказалась там. Как? К чему нужны риторические вопросы?

И вот, добралась, доехала. “Это кубинка?” “Да”. Вышла из состава, пошла по платформе, вглядываясь в лица, ожидая в любом встречном узнать Диму. Ага, именно так. Я быстро осознала, что на то, чтобы спрашивать людей у меня смелости не хватит. Смутно узнала мост в город, вышла в нужную сторону, двинулась по порталам в приблизительно нужном направлении. Кажется, с теми девушками мы шли именно сюда. Да? Да ведь? Черт. Неузнаваемо. Ни здания, ни магазины, ни улицы. Все чужое. Совершенно незнакомое место. Линк, линк, поле. Пятерочка, две баночки алкоголя: медовуха и сидр. И на пробу, и для смелости, и от нервов. Все сразу. В одну руку баночку, во вторую зонтик, черт, а сканер-то куда девать? Там еще порталы есть! Ладно. Первая баночка выпивается достаточно спешно, прямо в магазине, и на небольшом тупичке неподалеку, в котором не было порталов, но который показался смутно знакомым. Вернулась на подобие главной улицы, пошла дальше по порталам, пока не начала узнавать дома. Да, вот в одном из них, одинаковых, я помню, жил Дима. Уникапч, еще уникапч. Под полюшком больше ничего не сделаешь. Порталы кончились, а дворы еще есть, и пока еще незнакомые. Сканер убран. Стоп, вот этот закуток, зелень, штука какая-то непонятная, отдаленно детские качели напоминает, это ведь… Это то, да? И цифра 6 почему-то кажется нужной. Смутно, без толики уверенности, решаю все же, это он, это его дом. Захожу во двор. Качели, это ведь те самые, с которых я читала девушкам стихи Бродского наизусть, да? “Речь о пролитом молоке”, но прошло уже столько лет без повторений, что едва ли я сейчас смогу прочитать пару-тройку восьмистиший оттуда без запинки. Скамейка, в сумке нет ничего хрупкого, можно сесть на нее. Сканер убран, так что небольшой дождь больше не беспокоит. Пришло время второй баночки. Выпито чуть больше половины. Я поглядываю вокруг, но ничего особенно не думаю. Привстаю, пытаясь понять, достаточно ли я уже пьяна, чтобы задавать людям странные вопросы. Чувствую: почва подо мной не тверда, значит, пора. Давно уже пора действовать. Подошла к двум мужчинам неподалеку. “Здравствуйте. Можно задать вам странный вопрос? Вы знаете Диму Чернавина? Он где-то здесь должен жить” “А сколько ему лет?” “22 должно быть” “Нет, не та возрастная категория”. Вернулась к своим вещам, допила баночку. Да, действительно, нужно молодых ребят спрашивать. Но поблизости больше никого не было. Я собралась и выдвинулась со двора, думала, пойду к платформе. Если попадется кто-то - спрошу, нет - значит, не судьба, не сейчас. Мне потребовалось четыре года на эту попытку. Сколько еще лет пройдет, прежде чем я сделаю еще одну?

Я прошла буквально метров двадцать, поднялась повыше, и увидела за домом молодого парня у машины, решила у него спросить, но он говорил по телефону. Из машины вышла, вероятно, его жена, с маленьким ребенком. И все-таки я подошла спросить. Знают. “Ну, давно уже не видели, пару лет. А жил он вот в этом доме” Иду за ними, стреляю сигарету, прикуриваю. “Раз, два, три, четыре, в пятой квартире. А чего ты ходишь, позвони ему просто, так гораздо больше шансов что-то узнать, чем что ты его вот так где-то случайно встретишь”. Да, сказала, что потеряла связь с человеком. Спасибо. Подошла к подъезду, теперь уже зная точно, что это здесь. Спросила у парня, стоящего рядом с машиной, все тот же странный вопрос. Да, знает, видел вчера. Фух, боже. Отлегло. Жив. Пишу Маше, мол, так-то и так-то. Узнала, что живет еще тут, вчера, вон, видели. Жив. Вот и адресок есть, если захочешь. Думаю вот, звонить ли в домофон, или и так уже узнала достаточно? “Да звони, не покусает он тебя, столько времени прошло”. И она была права. И я позвонила. 5. Стоп, инструкция, надо еще В нажать. Ок, заново, 5В. Отвечает низкий мужской голос. “Дима?” “Да” “Это Полина. Если есть возможность, пожалуйста, выйди ненадолго” “секундочку”. Последние две фразы говорим друг другу путанно и неразброчиво. Захожу за стенку, сердце стучит как сумасшедшее. Сейчас выйдет. Аааааааа, вышел. Это был единственный момент за весь день, когда я нервничала и волновалась. Удивительно, но все остальное время я была спокойна. А я, как всегда, глупенькая. Он вышел, мы поздоровались, кажется, даже обнялись по-приятельски, и первое напряжение спало. А я, да, хотела в туалет, после двух баночек-то. И сообщила об этом. Вернулись к нему, и слава богу. Тепло, сухо. А обувь-то уже вся мокрая, и холодно. В квартире ни-че-го не изменилось, все то же. Извинялся за бардак, но по сравнению с моей комнатой у него идеальный порядок. Учуял, что от меня несет перегаром. “Ты что, пила?” Ну да. Но ничего такого. Заварил мне чаек, и сели разговаривать. Это было так странно. Будто не было этих четырех лет…

Все, дальше просто фактов и описания событий недостаточно. Дальше - разговоры, сплошные слова-мысли-эмоции. Я много смеялась. Наверное, потому что была пьяна. Мне было хорошо с ним. Мне было с ним так комфортно, будто ничего существенного не изменилось. Будто он все еще родной… Я, как всегда, несла какую-то чушь, и недостаточно хорошо следила за тем, что говорила. Все еще перебираю то из сказанного, что сумела запомнить, и переоцениваю. Мелькнула мысль о том, как много раз я себе представляла эту встречу, и что, похожа ли реальность на мое воображение? Ванильные сопли. Да ну.

3.09.17 16:09

Я спрашивала, чем он занимался все это время. Оказывается, он отслужил. Помню, он сказал мне об этом еще на улице. Дима - и в армии, представить трудно, если речь о прошлом. А что сейчас? Да не то что бы он изменился. Вместо дредов или длинных волос с челкой теперь короткие. Бородка растет. Как был дрыщем с тончайшими руками и ногами, так и остался, и шорты все те же. А потом, после армии? Ни-че-го. Ни работы, ни учебы. Последние пару лет даже в Москву не выбирался. А домашний все тот же, просто его в какой-то момент отключали, буквально на пару дней. Видимо, сколько бы я ни звонила, я просто попадала не туда и не тогда, когда нужно. И это хорошо. Все случается вовремя, и я встретилась и поговорила с Димой тогда, когда прошло достаточно времени, чтобы я была к этому готова. Рассказывала про ингресс, поездку в Европу, про Гошу и сломанный нос, и все мельком. Сказала, что вот, после Димы 2,5 года у меня никого не было. Вспомнила, что мне написал Дафаня, когда я рассказала о своих странных намерениях: что встречу Диму с женой и ребенком/детьми. Он ответил, что иногда думал обо мне так же. Четыре года - это много. А для него, говорит, это в момент пролетело, ведь ничего не происходит. Я рассказывала про ПСТГУ. И я говорила ему, откуда это взялось, что все началось с того письма и сравнения с Региной. “Серьезно?” - и искреннее изумление на лице. Да, Дим, серьезно. Ты понимаешь, насколько я была на тебе повернута, насколько безумна? Спрашиваю, и чувствую, как огромный камень у меня на сердце потихоньку рассыпается и уходит. Ведь я “была” безумна. Ведь вот мы сидим рядом, говорим о чем-то, я смотрю на него, и мне не хочется рыдать, умолять его вернуться или чтобы снова все было как раньше. Мне даже сейчас писать об этом странно, потому что тогда я не думала ни о чем подобном. Мне было комфортно рядом с ним, мне было радостно его видеть и с ним общаться, мне даже время от времени хотелось его обнять. Но. Ничего, абсолютно ни-че-го больше. Я больше не хочу быть с ним. Время вылечило. Или, может быть, Гоша. Думаю, если бы не то, что у меня уже были серьезные отношения после, то меня вполне могло бы снова переклинить. А так что? Дима доставал рахат лукум, пытался меня угостить, а я спрашивала, смеясь, сколько ему лет, этому рахат лукуму. Тогда дима убирал его обратно, доставал откуда-то другой, уже помоложе, и я снова смеялась. А Дима улыбался, хотя и не много. Больше всего мы говорили про депрессии, скажем так. Когда я упомянула, что три месяца не выходила из дома, он ответил, что он тоже. В разные годы, но оба зимой. Тогда, когда дома сидела я, он был в армии. Рассказал, как и когда были немногочисленные эмоциональные подъемы за это время, как ему хотелось заниматься разными вещами, но он понимал, что скоро это закончится, и как в один “прекрасный” день проснулся и понял, что все. Я не знаю, как об этом писать. Я спрашивала, если его нет в соцсетях, то где он есть? Как он общается с людьми? Никак. Есть ли у него друзья? Если ты о тех, с кем каждый или почти каждый день связываешься, то нет, нет таких. Нет, я давно уже не про такое. Те, с кем хотя бы раз в несколько месяцев. Мама. Нет, я не про семью. Тогда нет. И тебе не одиноко? Ответил, что нет, и я почему-то ему верю. Сейчас я его понимаю. Но смотреть на человека, который уже несколько лет является просто нахлебником и ничего не делает - это грустно. Странно, очень странно и непонятно мне, но я все еще считаю его потрясающим человеком. Он все такой же спокойный, рассудительный. Он все так же умен. Снял с меня еще два груза: сказал, что после у него еще были девушки. И все было хорошо. Сложней всего было задать именно этот вопрос, вернее, это был единственный момент, когда я замешкалась и мне было трудно: связано ли как-то то состояние, уход из ВУЗа и соцсетей со мной и нашим расставанием? Нет. Ответил, что я тут ни при чем. И я внезапно поняла, что ошибалась, когда думала, что хотела бы, чтобы это было со мной связано. Я винила себя столько лет. А Дима помог мне.

Отрывочно, в несколько заходов я все-таки объяснила, почему приехала, и почему именно сегодня. Кажется, он вздохнул с облегчением, когда понял, что я ничего особенно от него не хочу, и что с прошлым это мало связано. Несколько раз я спрашивала о том, как мне с ним связываться, если что, где, обменяемся ли мы контактами. Последний раз уже на платформе, когда он вышел проводить меня на предпоследнюю электричку в Москву, 22:27, и время показалось мне смутно знакомым. Разговор шел легко и непринужденно, поэтому я так и не заметила и не заострила внимание на том, что он не отвечал на этот вопрос, и не давал контактов. Это было настолько нормально и буднично, будто так и надо, будто так и должно было быть. И вот, уже подъезжает электричка, и я снова говорю, что мы же так и не обменялись контактами. Сказал, что найдет меня. Я вспомнила, как он упоминал, что если ввести в запрос зебра в пальто, то будут только пальто с расцветкой зебры. Я тогда посоветовала ему вводить транслитом, и тогда будут уже исключительно мои странички. Удивительно. Значит, он искал? Хорошо, Дим. Улыбаюсь, обнимаю на прощание, говорю: оставляю это на тебя. До встречи. Разворачиваюсь, ухожу в электричку. Сажусь в вагон, смотрю в окно, а он еще там стоит. Улыбаюсь, машу - прощаюсь еще раз. Он машет в ответ. Электричка отбывает. Вот и все. И я. Счастлива. Да. Что поехала - не пожалела ни на секунду. Даже сейчас, спустя почти неделю. Что встретила его, несмотря на то, в каком виде я была - счастлива. А я была в зеленых маминых джинсах, сваливающихся настолько, что он это заметил, с хвостом грязных сальных волос, как обычно, ведь утром сложно вставать раньше, а вечером уже не было никаких сил. Все как обычно. Да и на лице у меня все было далеко не идеально, впрочем, бывало и хуже. И все-таки я позвонила в домофон, и все-таки я встретилась с ним. А он - такой же, пропахший потом, с нечищенными зубами. И все это настолько не важно, что даже смешно. Все дело в том, что мне уже не нужно быть красивой перед ним, или, тем более, идеальной. Это просто человек, с которым меня связывает общее прошлое, и человек, который мне, в связи с этим, все еще дорог и важен. Мда, я тут улыбаюсь сижу, потому что внезапно осознала, что в моем настоящем к нему отношении нет совершенно ничего общего с прошлым. И это прекрасно.

А теперь итоги. Есть несколько принципиально важных моментов по результатам этой поездки. Во-первых, и это, вероятно, самое главное, и суть того, зачем я вообще ездила: я не хочу становиться такой же, я не хочу бросать все. Я категорически не хочу повторять этот подвиг. Я работаю и содержу себя, и это значимо, когда я рассказываю о том, чтобы сходить выпить в бар с очень вкусным сидром карамельное яблоко, и задними мыслями понимаю, что у него просто нет денег, чтобы потом заплатить за себя, и 300р за бутылочку это не так уж и мало. Я все еще учусь, все еще пытаюсь, борюсь, я все еще не сдалась. Я все еще чего-то стою. Я не хочу быть нахлебницей. Это - в самую последнюю очередь. Вполне вероятно, что Дима просто не все мне рассказал, и все совсем не так ужасно, как это в итоге для меня выглядело. Что ж, так даже лучше. Я подумала о том, чтобы все бросить, съездила, и увидела своими глазами, чем это может закончиться (так проще думать, хотя я и понимаю, что слово конец тут вообще не к месту). Не то чтобы я тут же бросилась делать долги и все наладилось, и ушло желание умереть или сбежать. Совсем нет. Но в пятницу я послушно пошла на первые пары в этом учебном году, а в субботу на еще один предмет, и говорила с преподами о том, что уезжаю в Грузию и буду отсутствовать на части пар и зачете, и договорилась, как это возместить. Я больше не хочу сдаваться, и не позволяю себе этого. Я больше не бросаюсь в панику. Почти. Я стараюсь. Это отвратительно трудно. Но у меня появилось немного, ну, не то чтобы уверенности, скорее надежды на то, что я могу справиться. Я могу. Я могумогумогу. Потому что я хочу. Потому что я не пустое место. Я чего-то стою в этой жизни. Я чего-то могу добиться. Хотя бы того, чтобы завершить начатое. Не идеально, не отличницей, не с красным дипломом, не без хвостов и долгов. Но я сама хочу закончить вуз и получить диплом. Я слишком много раз в своей жизни бросала все. Больше не хочу. Не хочу чувствовать себя ни на что не способной, ничтожной, бесполезной, глупой. Не хочу чувствовать себя пустым местом.

Вся жизнь наполнена историями. Да, в моей жизни “история” - это именно про Диму, однако это, пожалуй, изменится. Одна история заканчивается, начинается новая. И с каждым человеком своя. Эти связи и паутина. Эти бесконечные сложности. Когда-нибудь я смогу принять, что их бесконечность - это нечто хорошее. А история с Ваку - она, безусловно, еще не закончена, пусть даже мне и кажется, что это конец. И если так будет надо, то когда-нибудь мы еще обязательно встретимся.

И последний итог это ответ на вопрос: “а что дальше?” Ничего такого. Прощаясь с Димой я понимала, что он вряд ли скоро со мной свяжется, если вообще свяжется. И я не испытываю по этому поводу ни обиды, ни грусти. Я просто это понимаю, и вполне осознаю, почему именно так. К тому же и мне это не было нужно. Но я знаю, и это знание трудно назвать решением, потому что я его не принимала, оно просто было и есть, что пройдет время: может быть, несколько месяцев, может быть, полгода, год, или два, не знаю. Просто пройдет время, и я приеду снова, если он не свяжется со мной раньше сам, если вспомню, если буду свободна, если ничто этому не помешает. Я больше не держусь за него, так что мне некуда торопиться. Но я была бы рада снова с ним увидеться, поболтать вот так, узнать, как он, поделиться своими последними новостями. Я была бы рада, пожалуй, если бы он просто немного был в моей жизни, как Леня, например, и еще больше была бы рада просто быть в его жизни, совсем чуть-чуть, чтобы разбавлять одиночество/уединение, и, возможно, служить напоминанием, что есть люди, которым он дорог, и которым на него не плевать. На этом, пожалуй, все.

Второе касается Ваку. Я скучаю по нему. Иногда сильнее, иногда даже настолько, что я прокручиваю переписки, последние и другие, что были раньше, смотрю, когда он был в сети последний раз, или где последний раз отмечался в иитц, хочу написать ему, связаться с ним, но понимаю, что мне не стоит этого делать. Что я могу ему сказать? А какие будут последствия? Могу ли я не навредить? Нет. И пока ответ таков, я должна держаться от него подальше. Мне было очень плохо, потому что я думала, что это - конец. Что я потеряла его навсегда, что я больше никогда не смогу связаться с ним, пообщаться, увидеться. И вот тут начинается связь с моей поездкой. Прошло четыре года. Я написала историю, и даже продолжение, спустя полтора года после окончательного расставания и последней встречи. Я не забывала, я вспоминала и думала, но я привыкла думать обо всем этом как о чем-то, что закончилось окончательно и бесповоротно. Я думала, что мы больше никогда не увидимся, хотя иногда, конечно, представляла себе, что мы встретимся случайно где-нибудь. Сколько раз я переходила на белорусской с мыслью о том, как я выгляжу, насколько красиво одета, хорошо накрашена, в каком настроении я, счастлива ли я, после встречи с Гошей, или как раз к нему еду, или что-то другое случилось. Обдумывала, что я могла бы сказать, если бы мы вдруг встретились. Сейчас я знаю, что это не имело смысла, ведь он не приезжает, но отделаться от привычки уже сложновато. И вот на следующий день я утром еду на работу, как всегда, через белорусскую, и думаю, что его тут нет и не может быть, и почему-то улыбаюсь от того, что теперь я это знаю. А суть в том, что, как бы удивительно это ни было, ничто не заканчивается. Истории с людьми не окончательны. Я любила Леню. Прошло пять лет, и мы пересеклись на мосту, случайно, и стали снова видеться, и я снова немного в него влюбилась, и завершила все мыслимые и немыслимые гештальты, и сейчас мы почти не связываемся. Хотя я всегда радуюсь, когда он вдруг пишет. Но мне сложно вспомнить, когда мы виделись последний раз. Эта история закончилась, он остался просто знакомым, но при этом очень дорогим для меня человеком, и если ему понадобится моя помощь - я всегда отзовусь, и если у него происходит что-то хорошее - я искренне за него радуюсь, а если плохое - то переживаю. Я любила Диму. Прошло четыре года. И я приехала к нему, нашла его. Мы снова встретились, несмотря на то, что я была уверена, что этого больше никогда не случится, и мы общались, словно старые приятели. Ничего не заканчивается. Никто не уходит из нашей жизни окончательно и бесповоротно, если этот человек жив. Только смерть является точкой. Все остальное - сплошные запятые и точки с запятыми. Может быть, это научит меня проще относится к тому, что люди уходят. Может, пройдет четыре года, и я встречусь с Гошей, и мы поговорим, и окажется, что все в прошлом, а что было, на самом деле, не так уж и плохо. Может быть… Меня спросили, остались ли у меня еще такие незавершенные гештальты. Подумала, ответила - да, это Лена. Это тоже то прошлое, в котором я мысленно осталась той, какой была, когда мы расстались. Но, говорю, это невозможно. Она живет в Польше, да и без этого, это в любом случае было бы невозможно, и на то было много причин, а сама вспоминаю вписку у Миклашевской и чувство, что душу в клочья разорвали. Но, кто знает, быть может пройдет еще пять, десять, двадцать, пятдесят лет, и мы встретимся, и все, что было в прошлом, окажется далеким, незначительным и неважным, может быть, когда-нибудь я смогу отпустить, принять, понять, и тогда новая встреча сможет завершить гештальт. Может быть, когда-нибудь я пойму, что мне надо сказать, чтобы завершить эту историю.
16:36 - 18:10

Серьезно, о чем я могу написать? Вот я закончила, ушла с работы, приехала на новослободскую. На работе успела договориться с преподавателем по ударке на пятницу, списаться с девушкой, которая звала переехать к ней с другом третьей в трехкомнатную квартиру, пересмотреть кучу объявлений, написать в кучу чатов о том, что мне нужен сосед, позвонить одной подруге и написать одному другу лично, перелистать несколько раз список друзей во вконтакте, поплакать, еще поплакать, разочароваться. Я не в силах. Переезжать - то, на что у меня сил нет. Совсем. Это привыкать к новому месту, к новому человеку, к новым обстоятельствам и обязанностям, к новым ограничениям в деньгах. У меня нет сил на это. У меня с трудом, с четвертого раза и только после того как мне пригрозили увольнением, нашлись сили заставить себя приехать на час раньше, чем обычно, на работу, потому что теперь я работаю на другой должности. Коллега уволилась, меня поставили перед фактом. Ищут новенькую, но когда найдут - неизвестно, рассчитывать на это не стоит. Стресса от работы стало в три раза больше. Я чувствовала себя спокойно, я могла, как правило, не торопиться, да, я задерживалась и засиживалась, бывало, но у меня была определенная свобода в рамках того, что я выполняю свою задачу вовремя. Теперь я все время сижу за компом и почти не могу от него оторваться, как правило не могу оторваться даже на 10 секунд. Потоком идут пациенты, им делают исследования, все, что от меня требуется - писать в нужные места под диктовку от врача показатели исследования в шаблон и распечатывать. Некоторые исследования делаются чуть дольше, минуту-полторы, иногда три или даже больше, иногда вообще не получается. Я пользуюсь этой возможностью чтобы проверить вк и телегу, а потом слушаю поток замечаний про то, как врача бесит, что я стучу по клавиатуре. А мне что, сидеть и просто ждать, да? Сегодня вот она ставила музыку, и провоцировала меня. Взрослый человек, вроде. Но. Это все так не важно. У меня там с больницы были проблемы с аппетитом. Они не ушли, но кое-как у меня получается один-два раза в день запихивать в себя еду. Мне не читается. Мне многого не хочется. Почти всегда - сложно понять, а хочется ли вообще хотя бы чего-нибудь. Я не справляюсь с собой и со своим состоянием. Я плакса, какой не была со своих четырнадцати. Даже сейчас я сижу в кафе, печатаю, и у меня скатываются слезы, мешают, загораживают экран влагой. И не вытрешь так просто. Я ж теперь красится начала. Чтобы чуть-чуть увереннее себя чувствовать, выходя из дома. Чтобы не бояться людей так сильно. Но я все равно боюсь. Я замкнута. Я не вижу своего настоящего, не вижу будущего. Я не вижу счастья. Совсем. Ни внутри, ни снаружи. Я оживаю, когда рядом есть люди, и у меня получается {жить}, но вне этих моментов мне становится хуже и хуже. И люди. С ними тоже все сложнее и сложнее. Мне становится сложнее находить хоть какое-то равновесие с собой, и я становлюсь невыносима для окружающих, происходят ссоры с близкими, от которых мне еще хуже. Крики, мат, снова… выбитые двери. Обиды. Безнадежность. Бессилие. Отчаяние. Мне некуда бежать. Я не вижу ни единого выхода, потому что любой выход - это усилие, которое мне нужно приложить, и на которого меня нет. Мысль о буддизме в контексте жизни как непрекращающегося страдания не вызывает у меня даже тени улыбки, я просто продолжаю тихо плакать и собирать слезы салфеткой. Я, наверняка, отвратительно выгляжу. Хочется умыться, не поехать на пары, но… Куда? мне даже сбежать некуда. Дома не станет легче или лучше.


Я как-то держалась до выходных, пока не поехала на опрц. А потом - бух - и чс. И - "не думай об этом", "не пиши", "подожди". Все самые умные. Я понимаю логику, и, не в силах предложить других вариантов, слушаюсь. И скатываюсь в бездну. С каждой секундой зияющая дыра пустоты становится лишь шире. Мне задают наиглупейший вопрос: зачем тебе все эти страдания? Прекрати их испытывать, у тебя есть выход, ты можешь все закончить. Они думают, что этот выход есть. У меня его нет. Боль - единственное, что я ощущаю. Во мне больше ничего нет.


Когда я с кем-то вместе чем-то занимаюсь, я получаю от этого некоторое удовольствие. Например, когда собираю людей на игру в уно в антикафе, на фермы, иногда - когда просто общаюсь с кем-то наедине или что-то смотрю вместе. Но реже. Это, правда, сложно. Сейчас я впервые почувствовала, что мы действительно расстались. Что, возможно, мы уже никогда больше не будем вместе. Если бы я могла найти слова, чтобы описать, насколько это больно. Больно быть вдали. Больно терпеть и ждать, пока он вернется, и верить, что вернется. Больно проверять и каждый раз видеть, что я все еще в чс. Больно думать, что он, возможно, совсем скоро остынет, отдалится, мы станем чужими друг для друга. Больно, что он злится и может возненавидеть меня. Это все только мои фантазии? Нет, простите, я не верю, что надумываю. Я стараюсь, изо всех сил, но не верю в хорошее. Ни во что хорошее. Я уже давно не подросток, да и в том возрасте я никогда серьезно не думала о суициде. Но сейчас я не хочу жить. Я не хочу продолжать пихать себя изо дня в день, не хочу пытаться убегать или хоть как-то разговаривать с мамой, не хочу ни перед кем оправдываться, не хочу без конца плакать, не хочу слушать этот чертов пост-рок. Не хочу даже на секунду предполагать, что он может исчезнуть насовсем уже сейчас, и что я могу никогда его больше не увидеть. Я не хочу думать о прошлом. Ни о прошлом с ним - слишком много болезненно прекрасного, от того, что сейчас этого нет, и, возможно, никогда больше не будет; ни о прошлом с Димой - там слишком много негативного и болезненного опыта, от которого мне становится еще более и более страшно. Я не хочу ехать домой, потому что у меня все равно не будет сил приводить в порядок свои вещи, убирать за собой, как-то адекватно общаться с домашними. Я ищу убежища, но его нет нигде. Я чувствую себя живым ходячим мертвецом. Мне все равнодушно. Вчера вот встретилась со своим бывшим когда-то другом. Он сам появился, написал, предложил встретиться, нашел меня на Арбате, хаотично перемещающуюся по порталам. Мы пообщались. Я рада, что у него все хорошо. На этом все. Спустя столько лет, это не вызвало во мне никаких эмоций. Я хочу умереть. Закончить свою жизнь. Вряд ли я это сделаю. Не знаю, почему. Но я этого хочу. Потому что. Я хочу счастья, но не вижу его. Нигде. Никак. Я часто хочу ему позвонить, но сдерживаюсь и не делаю этого, потому что боюсь сделать еще хуже. Я очень хочу к нему. Это все.


Невозможно было думать о том чтобы переехать, и не думать о том, что мы жили вместе, как мы жили вместе. Невозможно было думать о том, где искать соседа-сожителя, и не думать о нем. Невозможно думать о нем как о друге. Невозможно Думать об этом и не замыкаться в круг отчаяния. Я не могу так, как есть. Я не могу никак иначе. Я_не_могу. Логика не работает. Не знаю, осталась ли она у меня вообще. Мы много раз говорили, что сошли с ума. И это было весело и смешно. И здорово. Но. Я сумасшедшая наркоманка. Я ненавижу любовь, которая сделала это со мной. Вру. Ненависти во мне нет. Я хотела бы ненавидеть хоть что-нибудь. Хоть кого-нибудь. Но у меня нет сил. Все, чего я хочу, это лечь и ничего не делать, ни о чем не думать. Умереть. Или. То, что невозможно. Мне тяжело сидеть и передвигать пальцы над клавиатурой.


Я цепляюсь за людей, надеясь, что они подарят мне любовь. Что я смогу увидеть, что я нужна, что меня кто-то любит, что мне подарят тепла. Поэтому я решила вернуться на Динамо. Но этого нет. Совсем. Я вижу только равнодушие и то, что моего состояния не видят, с ним не считаются и думают о себе. Я понимаю, что от меня куча проблем. Но как мне справиться с собой, без какой-либо поддержки? От Васи сначала было так тепло, а теперь все ужасно усложнилось, и его присутствие больше не помогает.

19:36 - 20:02

Нет, у меня нет никаких мыслей. У меня есть только очень сильная тяга к человеку, неопределенная, я сама не знаю, чего хочу, но невозможность что-либо сделать вызывает слезы, растерянность, боль. Я категорически не хочу, чтобы все было так, как оно есть. Мне тяжело в этом, мне не хочется чувствовать себя так, но я не знаю, что мне сделать, чтобы это преодолеть. Я жуткая плакса, Боже. Я, правда, не хочу быть в этой ситуации. Не хочу думать о том, что со мной, как ко мне относятся, не хочу думать ни о прошлом, ни о настоящем, ни о будущем в связи с этим человеком. Я не хочу думать, потому что любые, что позитивные, что негативные мысли будут вызывать боль. Потому что позитивным я все равно не поверю сейчас. А теперь меня накрывает сначала раздражение, потому что меня дернули в момент, когда я в кои-то веки попыталась остаться наедине с собой, а потом равнодушие. И снова жалость к себе. Все это бессмысленно. Мне хочется сбежать, но от этого никуда не сбежишь. Потому что я не от него хочу убежать, а от своих чувств. Я не хочу их чувствовать, когда они причиняют боль. Поэтому я и убегаю в разговоры, сериалы, мангу, книги, дела. Что угодно, кто угодно. Только бы не оставаться наедине с собой. Но вот сейчас я одна. И что? Я успокаиваюсь. Почему?


Я не могу перестать вспоминать, потому что это было совсем недавно, потому что я не считаю это прошлым, потому что я все еще верю, какой-то частью своего сознания, что это и настоящее и будущее. А другой частью себя я этого совсем не хочу. Чтобы перестать думать, нужно отрезать, переключиться. Мне это кажется невозможным, просто издевательством над собой. Но только вспоминать, проверять страницу, видеть, что я все еще в ЧС, ждать чего-то, блять, чего я жду? Это тоже больно. Да все больно, что бы я ни делала, как бы я ни пыталась себя перенастроить, ничего не изменится. Мне все равно будет больно. Просто потому что я дура. И опять плачу, и все еще не знаю, куда себя такую деть, где спрятаться, как защититься. Я упорно проверяю страничку, потому что мне кажется, что только он может меня спасти. Мне очень нужно, чтобы меня кто-нибудь спас от себя. От этой клетки, в которой я чувствую себя запертой. Я сама это сделала? Без разницы. Только бы меня кто-нибудь спас. Но. Я не могу. Я не хочу никого подпускать, когда со мной такое происходит, и закрываюсь только еще сильнее. Что за идиотизм. Просто. Люди кажутся такими глупыми, равнодушными, злыми. Мне кажется бессмысленным ожидать от них помощи. А чем они могут помочь мне, с моей пустотой внутри? Чем они могут ее заполнить, если все это тепло неискренне. Ну да, а вот то, единственное, конечно, искреннее. Я все еще верю, что он меня любит, и без возможности ощутить это, увидеть какое-то подтверждение, я страдаю. А вместо подтверждений я имею чс, недопонимание, негатив. И я так боюсь его. Даже если я этому не верю, я могу совершить ту же ошибку снова. Мне жаль себя, потому что я не вижу никакого выхода, но не хочу больше терпеть. Какой смысл в том, что я пытаюсь писать? Мне от этого все равно не станет лучше. Я ужасно устала чувствовать себя такой одинокой, беспомощной и несчастной.

12:45

Чего я хочу? Это центральный вопрос. Самый простой из правильных ответов звучит так: «я хочу не быть одна». В целом, а не прямо сейчас. Что я могу для этого сделать? Помимо старых знакомых и друзей, мне нужны новые люди, я уже думала об этом, и возвращаюсь к этому же снова и снова. Прогулки с ингресс, занятия музыкой, возобновление игры на ударке и походов на всевозможные концерты в консерваторию, на джаз-вечера, побродить по антикафешкам, побродить с ингрессом по незнакомым для меня районам, изучить их получше, всегда искать компанию, рисовать матрешки в зависимости от конкретных обстоятельств, искать удобные кроссы. Почему нет? Искать компанию на фарм ключей. Играть по всей Москве, а не локально. Поскорей бы уже было тепло. Поскорей бы закончилась вся эта жесть с больницей, управлением носа и синяками под глазами, как будто я в панду играю. Мне нужно что-то сделать с приступами социопатии. Это должно пройти, когда лицо починится, но как прежде уже никогда не будет, и я все еще не понимаю, как буду ездить каждый день на работу в толкучке на метро, если сейчас даже из дома одна выйти не могу. Я хочу чтобы со мной ходили, и чтобы это, конечно же, был Гоша, или Аня, или Марина, или Леня. И обижаюсь, когда эти люди не оправдывают ожиданий. Я первый раз в жизни не саркастична, не полушучу, я действительно считаю себя глупой. Из-за всей этой ситуации, которую я допустила, из-за своих ожиданий от людей, из-за своих мыслей о том, что будет дальше, из-за своего состояния беспомощности.


Чего я хочу? Я хочу чтобы Гоша начал лечиться, избавился от тех его привычек, которые мне не нравятся и причиняют мне боль (физическую или моральную), и снова быть вместе. Нет, этого не будет. Я знаю, что этого не будет, но будто не осознаю, не понимаю, почему-то все на что-то надеюсь. Это главная причина, почему я - полная дура. Но я все еще не хочу быть одна. Надо исходить из реальности, а не из фантазий. Реальность такова, что я могу с Гошей общаться, когда он сам этого хочет, принимать от него помощь, но не переходить черту. И осознать наконец, что никаких отношений между нами больше никогда не будет. Что мне нужно перелистнуть страницу, как это банально говорят, и жить дальше, и искать что-то новое. Поэтому нужно избавиться от социопатии и вести социально активный образ жизни. Быть собой, которая всегда легко знакомилась, общалась и сходилась с людьми. Мне очень нужно внимание, и оно у меня есть.


Все это - прекрасные мысли для того чтобы заниматься их воплощением, когда я поправлюсь, но все это совершенно мне не помогает разобраться с тем, что я прямо сейчас чувствую. Я думаю не о настоящем, а немного вперед, а моего «сейчас» как будто и нет вовсе. Хочется только отвлекаться и забивать голову чем-нибудь, но голова упорно не забивается, в ней и так слишком много всего, и отвлечься не получается. Все скучно. Книжки не читаются, матрешки не рисуются, манга не читается, аниме с сериалами и фильмами не смотрятся. Людям писать особого желания нет, непонятно, что с ними обсуждать, о чем говорить. Вчера накрывало, позвонила Гоше, не брал трубку, Ане, была с Тихим, Марине, отпустило, когда стали слишком уж забавно зевать. Мысли кончились. Что сейчас делать все так же непонятно.

16:42

Вчера даже не знаю, сколько я плакала. Долго. Переписывалась с несколькими игроками, а потом Титус позвонил. Было очень приятно. И с Лиенар, вроде, поладили. Мяу. Титус все-таки приехал на ферму, вернее его Ната - коорд соседнего района, СЗАО, привезла. Он вообще почти не фармил, а я была ему очень рада и почти не отлипала. Мяу. теплые-уютные обнимашки и поцелуи в щеки. Он был очень пьян… Единственное, что меня оправдывает, при учете тех фактов, что у него есть жена и ребенок, а у меня любимый человек - то, что моя симпатия, пусть и сильная, ограничивается желанием общения/внимания/обнимашек, и ничего более мне не нужно, а эта, вроде, мелочь, делает счастливой и приносит много радости. Когда мне вчера было плохо, и я сидела рыдала, я не могла написать Гоше, зато могла написать Андрею (Титусу). Я вообще сейчас стараюсь Гоше не писать без значительного повода, потому что все что угодно может привести к выяснению отношений, а по переписке это бесполезно и не может привести ни к чему хорошему. Еще одна причина, по которой я хочу поскорее съехаться. А мама, кстати, сегодня вечером переедет на ту квартиру на неделю. После того, как Гоша на днях на меня накинулся, имхо, без капли моей вины, я очень боюсь, и чуть что пишу что-то вроде: "если хочешь об этом поговорить - позвони, или отложи до встречи" или "остановись, пожалуйста", "давай не будем" и тд.


Таким образом получается, что мы немного дистанцируемся друг от друга, если не видимся в живую. Думаю, для нас эта дистанция - лучший выбор, так что мне не на что жаловаться, все так, как нужно. Он один раз сказал про мой способ здороваться с другими парнями. Раньше не приходило в голову. Теперь при нем я здороваюсь только рукопожатием или кивком. Но я ведь все еще нуждаюсь в обнимашках, чертовски нуждаюсь, и что мне делать, если мы с Гошей не видимся несколько дней подряд? Вчера на ферме и после нее я набрасывалась с этим на всех подряд. Что-то вспомнилось, как именно Леня стал моим "папочкой". Обнимашко-блядь. Ну и пускай, ладно. Я такая, какая есть. Если буду делать подобное при Гоше - ему будет неприятно, это я понимаю, и не собираюсь больше, но без него куда мне, на стенку лезть, или бросаться на людей? Заобнимала всех. В первую очередь Титуса, была очень рада увидеть Анечку, пускай и совсем мало и без общения, обнимашки с родным человеком это все же совсем не то же самое, чем с кем попало. Ммм. а Титус просто хороший. Оправдываюсь, да. люблю обнимать красивых людей. Скучаю по Гоше. Очень. Адски. Пиздец. Как я вообще раньше справлялась одна, до того момента, как он ворвался в мою жизнь и привязал меня к себе? Для меня все было именно так, хотя позже именно от меня исходила большая часть инициативы. Есть вещи, которые он мне, наверное, никогда не простит. Или все-таки повзрослеет. Я верю, что мы еще долго-долго будем вместе, а может, чем черт не шутит, и всегда.


Вчера списалась со старшим братом Ильшата насчет поездки в Индию. Таглит для меня таки отменился, никакого Израиля, а я БЛ еще об этом не говорила. А Индия… Хочется чего-то кардинального, но не потяну столько денег, а просить БЛ не хватит наглости. Ну уж нет. Хорошо, что есть работа и деньги, это возможность попытаться спланировать и воплотить "идеальное" в моем понимании путешествие. Пожалуй, что оно должно быть не с родными, не с друзьями и не с парнем, а с единомышленниками, с теми, для кого это значит настолько же много, насколько это всегда было важно для меня. Мечты - кто знает, может быть, стоит попробовать быть наглой, воспользоваться шансом, прыгнуть вперед в неизвестность и найти где-то эти деньги? Сколько-то есть отложенных на карте. Но нужно еще в два раза больше нужно Подождать немного - и будет. Если ни на что больше не тратить, конечно. Взять в долг? Ненавижу это дело. Ох. Шансы, спонтанности, мечты, мысли о жизни в целом, приоритетах, о том, что на самом деле важно, о моем чертовски нестабильном состоянии, о том, как мне все еще тяжело в обществе, любом, даже игровом, как мне важно всем понравиться, как мне хочется вписаться при том, что у меня отчаянно не получается, как я бурно реагирую на то, что, на самом-то деле, не является ничем негативным. "Мы все здесь друзья". Смотри - тут все готовы помочь, если что, но ты не веришь, боишься, ты параноик. Ты говоришь это как оправдание себя, не понимая, что на самом деле нужно не оправдываться перед окружающими и самой собой, а работать над своими проблемами. Ты можешь уехать как угодно далеко, но именно эта проблема будет с тобой где угодно, ты ведь знаешь, ты уже пробовала, вспомни Израиль, вспомни свои пятнадцать лет. Хех. Как будто я хоть когда-то об этом забывала.


Слушаю, кстати, новый альбом Zero People на повторе, но не прислушиваюсь к словам. Вчера под него рыдала. Угу. Глаза болели, а сегодня перед глазами плывет, когда пытаюсь заниматься. не судьба мне выспаться, потому что я, проснувшись, начинаю фармить восьмую домашку, вместо того чтобы спать дальше, потому что ну пока стоит же надо пользоваться, а когда выжигаю, то уже не могу уснуть. У меня чертовски неправильно расставлены приоритеты. На самом деле на первом месте должна стоять я сама, и именно то, о чем я задумалась, увидев пост Алмаза. Никто кроме меня об этом не станет думать и заботиться, никто, кроме меня, не поставит меня на первое место. Дальше здоровье, личная жизнь, и только потом учеба и работа. Потому что мне будет стыдно за себя, если я буду чувствовать внутри, что что-то сделала не так. И мнение окружающих не должно значить настолько много. мне нужно уметь быть спокойней. Это важно. И что довело меня вчера? Только мысли о том, как я бесконечно хожу по зачарованному кругу, только жалость к самой себе. Я похожа на маму тем, какая я наглая, целеустремленная, в своем альтруизме, стремлении думать и заботиться об окружающих, вообще чужих людях, исходящем из того, что "если я не позабочусь о других, кто позаботится обо мне?" Но только я не умею быть такой толстокожей, как она. Здравствуй, Полин, вот твоя правда - ты все время за кого-то борешься, а потом плачешь и впадаешь в отчаяние от того, что никто не читает твои мысли и не борется за тебя, а когда кто-то это делает - воспринимаешь как должное. Это главная ошибка. Потому что бороться надо не за других, а за себя, и помогать в первую очередь самой себе, и не ждать от других, не требовать, нет, делать самой. Все очень просто. Да у меня всегда все получается так просто и ясно, но это не делает меня умнее или лучше, наоборот, вопрос: как можно быть такой глупой и беспомощной? И как сделать хоть какие-то практические выводы и изменить мысли и действия?


Я почувсвовала, как сильно мне не хватает постов, и начала писать сообщение в сообщество, девочкам, и в какой момент оно превратилось в новый и нежданный пост? Я этому рада. мне есть, о чем подумать и рассказать, и не хочется останавливаться. Потому что В.С.Е. ВАЖНО. Потому что это все та же я. Потому что эгоизм бывает очень и очень разным. потому что мне очень надо что-то сделать самой, у меня нет сил делать "то, что нужно", я с трудом наскребаю их в себе даже на самое малое, я часто действую на автомате и пихаю себя. Вчера я сама собрала ферму, договорилась, чтобы за мной заехали и забрали прямо из дома, и чтобы подобрать Аню с Тихим по дороге, и даже Титус (мелькают мысли, что со мной это немного связано) доехал до фермы, но для того чтобы заставить себя выйти из дома и даже просто начать собираться, мне нужно было сказать все это самой себе вслух. Орт сказал, что борется за меня. Несмотря на критику, что я косячу, он. борется. за меня. удивительно. Я инициативна, я это знаю, и что могу пригодиться, и хочу быть частью всего этого, и что мне все больше нравится все, что происходит в моей жизни, связанное с ингрессом, и не хочу это просрать. И мне говорят то же самое, что и всегда, что мне нужно научиться. Научиться. Но как? Нервная, нестабильная, глупая, упрямая, наглая. Почему кто-то все равно меня любит, почему мне говорят про "потрясающую энергетику", что - менять, что - сохранять, где во всем этом <Я>, самоё, "сама саба"? В какую сторону вести поиски? Возможно, вместо того чтобы пытаться сейчас вернуться к художественной литературе, мне следует взяться все-таки за труды по психологии? Хей, Софи, а ты сможешь мне что-нибудь посоветовать? Почему меня так располовинило, что даже когда я все-таки чувствую себя живой, даже когда я становлюсь собой, когда у меня получается ловить моменты и быть собой, я совершенно не помню, будто бы и не знала никогда, старого "здесь и сейчас". Почему я в таком отчаянии? На этот раз, Полин, все ровно наоборот - ты пишешь не для того чтобы написать и выкинуть из головы, а для того чтобы закрепить там, думать и думать, и искать что-то еще, помнить о том, что поиск тебе необходим, и о том, что важно, а что пройдет. Что люди это просто люди, а я есть. И помнить, что именно я подразумеваю под этой фразой. Еще одно важное и нужное слово: приключения. Вспомни, какие именно тебе нужны. Посмотри, они вокруг, они внутри тебя, они повсюду в твоей жизни, были, есть и всегда будут, не впадай в отчаяние, если не перестаешь это замечать. Выбирай нужные. Вернись, вспомни свои и только свои простые_истины. Ты еще помнишь, ты еще чувствуешь <любовь>? "От сердца через пальцы". Ты всегда говорила только сама с собой. Не трать себя на лишнее. Вспомни/найди/откопай/вруби в себя/включись/говори: цели. И что происходит со временем в твоей жизни? Подумай. вернись к этому, если сможешь.

1:36 - 2:24
Чем меньше пишу, тем сложней начинать, и в связи с недостатком времени, никогда не удается дописывать до точки. В данный момент моя главная проблема в том, что я стала зависимой. Совсем. И мне это не нравится. Да и кому такое может понравиться? Я превратилась в человека, который мне самой совершенно не нравится. Будь это кто-то другой, бесила бы дико. У меня меняется речь, в ней снова становится очень много мата, сленга. Меняется юмор на какой-то совершенно тупой уровень, деградация абсолютнейшая, я такого никогда не понимала, почему же сейчас мне это не кажется дерьмом, а я смеюсь? Уф. Нет, об этом совсем не сейчас. О себе. Только о себе. А я местами совсем на людей бросаюсь. Мне кажется, что все вокруг меня ненавидят, и каждый раз, когда кто-то, обращаясь ко мне, формулирует это грубо или с претензией, или еще что-нибудь, я не думаю о том, что у человека может быть плохое настроение или еще какие-нибудь внутренние причины, нет, я думаю о том, что я везде косячу, что я повсюду неправа, что мне нужно было молчать, что мне нужно было сформулировать что-то по-другому. Мне пиздец как трудно извиняться, но я делаю это постоянно, по десять раз в день, и извинениями с моей стороны заканчивается почти любой контакт с любыми людьми вокруг, с друзьями или ингрессорами, на работе, в универе и местами дома я даже извиниться не могу, а от того только еще дольше себя мучаю чувством вины за самую малейшую оплошность. Я ненавижу себя, мне отовсюду хочется сбежать, я постоянно плачу, я, блять, с восьмого класса так много не плакала, как сейчас. Каждый. День. Каждый ебаный день. Даже сейчас пишу, а глаза на мокром месте. Что за хуйня. И порыдать обстоятельно я сегодня тоже уже успела. Я всегда стремилась к совершенствованию, всегда искала в себе недостатки и пыталась их исправить, всегда работала над собой и много об этом думала, но вот так, как сейчас, не было никогда. С неделю назад меня переклинило. Я хотела изменить тактику только в отношениях с Гошей, но все изменилось очень сильно. Я перестала контролировать ситуацию. Я потеряла уверенность в себе, полностью. Я поняла это, когда разговорилась с одним из преподавателей, рассказала о своих планах, о том, где училась и что слушала, и как вообще отношусь к своей специальности и предметам, которые изучаю. Когда он меня хвалил, я на секунду почувствовала себя старой Полиной, которая точно так же когда-то разговорилась с Иваном Олеговичем Негреевым после лекций, восторженной, и с этого все началось. Тот разговор привел меня в ПСТГУ, в церковь, пусть и временно, еще с того разговора начались мои последующие множественные контакты с преподавателями, на них я нацелена гораздо больше, чем на студентов, на личное общение с ними. Оно может дать гораздо больше. Но я об этом не думаю. Мне просто это нравится. Мне нравятся хорошие преподаватели в ВУЗах, я ими восхищаюсь, и стремлюсь когда-нибудь в далеком будущем стать похожей на них, одной из них. Так вот, во мне больше нет гордости. Никакой. Я даже собой себя больше не чувствую. Мне стыдно за себя. Мне даже тут стыдно писать о том, что я говорю или делаю в своих отношениях с Гошей. Я ебаная эгоистка. Я собственница. И я зависимая. Я ревную к любой девушке, с которой он переписывается или видится. Я начинаю нервничать, если он не отвечает несколько часов. Я сегодня разрыдалась из-за того что он поехал к друзьям, хотел на ночь, но в итоге предложил компромисс - вернуться к часу ночи. А я все равно разрыдалась. И я не понимаю, почему? Почему? Почему мне так хреново? Почему иногда я не вижу смысла дышать, и мне приходится заставлять себя, чтобы не задохнуться? Почему иногда мне сдохнуть хочется. Почему мне хочется повсюду писать эти ебаные многоточия, да я такой хуйней с девятого года не страдала! Почему любая мелочь выводит меня из равновесия, почему мне иногда кажется, что на меня ополчился весь мир? Почему? Я очень давно не казалась себе настолько ранимой и восприимчивой. И такой жалкой. Я ненавижу такую себя.
12:18 - 14:05
Уже двадцатое, конец сентября. Первого числа я вернулась из Туниса, и, как всегда это происходит осенью, меняется все кардинально, резко, и без возможности толком все это уследить и осознать. Не могу точно сказать, почему я перестала писать. У меня в голове разрушены причинно-следственные связи. Не могу поставить простые стрелочки, вырисовываю громоздкие схемы, в которых длинные цепочки фактов и их разветвленных последствий, в купе с другими похожими, в результате приводят в чему-то третьему-пятому-десятому. Не могу сказать просто: потому что. Не умею. Мы с Гошей встречаемся уже пять месяцев (завтра будет ровно), и я почему-то уверена, что так как минимум будет еще очень долго. Что я буду продолжать считать время, что через месяц я торжественно объявлю, что это самые продолжительные отношения в моей жизни, а весной мы будем отмечать годик. Дальше заглядывать не получается, да и не хочется, но в ближайшем будущем я не могу представить себе совершенно ничего, что могло бы заставить нас расстаться. Мы любим друг друга и не можем представить жизнь по отдельности. Так бывает. Мы двое придурков, и ведем себя соответственно. Я учусь глупо шутить и быть менее серьезной, чтобы разряжать атмосферу. Учусь не бояться. Учусь не критиковать. Сколько лет уже я знаю, что этого делать нельзя, но вот учусь только сейчас. Глупенькая, да. Учусь меньше полагаться на намеки и больше говорить прямо о том, чего я хочу и что мне нужно. Мы потихоньку строим быт. Я первый раз в жизни живу с кем-то кроме матери и бабушки. Я чувствую себя хозяйкой дома, стараюсь следить за тем, чтобы всегда был порядок, потихоньку делаю генеральную уборку, стираю, готовлю, радуюсь, когда холодильник полон. Такие вот мелочи. Предыдущую неделю я полностью просидела дома, пропуская и работу, и учебу. Неважно себя чувствовала. И несколько дней Гоша тоже пропустил, так что мы болели вместе. Вдвоем. Саша только изредка и ненадолго заезжал, так что по большей части у нас была идиллия. А еще мы превратились в задротов - смотрели взахлеб стального алхимика. Я пересматривала, и все вспоминала, как пару лет назад написала в твиттере, что когда-нибудь найду человека, с которым я смогу его пересмотреть. Я рада, что в итоге это оказался Гоша. Было весело, в последний день, в субботу, которую мы с утра и до ночи провели за сериалом, почти не отрываясь, было совсем упорото. Не могли оторваться, целовались так, чтобы ничего не пропустить, ставили серии одну за другой, и терпения иногда даже на этот перерыв не хватало. Ушли с головой. А теперь Гоша говорит, что хочет еще аниме посмотреть *___*. Я уже где-то полгода смотрю только сериалы, а аниме забросила (это не значит, что я перестала читать мангу, уж эту дурь из меня ничто (и, возможно, никогда) не выбьет). А тут такой энтузиазм. Гоша все говорил, что фейри теил мне должен понравиться, но когда мы включили первую серию, выяснилось, что это аниме совсем детское, ну совсееем детское, и я не могу смотреть его без смеха. Рисовка, отображение эмоций, диалоги и действия персонажей. Мы даже первую серию не досмотрели. Гоша решил положиться на мой вкус. Будем пересматривать атаку титанов *___*. А еще мы немного увлеклись старыми комедиями с неграми в главных ролях: час пик, брилиантовый полицейский, и хочется еще и еще. Искать общие интересы не так уж и просто, но оно стоит результата и проведенного вместе времени. Я довольно часто жалуюсь, мы много ссоримся, и всегда из-за ерунды. Доводим друг друга до каких-то ужасных состояний. Гоша ломает себе нервную систему, а я свою посадила к чертям еще год назад. Я не забыла. И не забила. Я все еще считаю, что мне нужна помощь врача. Не знаю пока, станет ли его оплачивать Белла Леонидовна, но, кажется, я таки близка к тому, чтобы найти хорошего специалиста. И еще, я считаю, что Гоше тоже нужна этого рода помощь. Потому что пиздец, что с нами происходит. И мы сами не справляемся с собой. Я хочу помочь, но не могу и не знаю как. Понимаю, что нельзя давить и заставлять, и знаю, что он все равно прислушается к моему мнению, но очень часто веду себя неправильно и говорю те вещи и таким образом, что раню. Учусь открыто говорить о своих ошибках, чтобы не прятаться от них, пусть и с осознанием. Всего несколько дней как учусь, и начала с чем-то вроде усмешки, передергивала, но все это на пользу. Поняла, насколько это трудно, и ужаснулась. Учиться молчать тогда, когда неосторожно сказанное слово может задеть и ранить, и говорить тогда, когда молчание превращается в ожидание, которое, не оправдываясь, меня злит и обижает и приводит к гораздо большему вреду, чем если бы я с самого начала сказала вслух. Учиться смотреть на два шага вперед, хотя бы на два, не говоря о большем. Конечно, "посмотрим, что будет дальше", но чтобы что-то менялось нужно менять себя. Всегда начинать с себя.
9:33

Что и как можно писать, если делать это так редко?


Вчера я вернулась из Туниса. Ездила туда почти на две недели, в итоге получилось двенадцать дней вместо триннадцати, потому что в последний момент перенесли рейс, и я этому была рада. Сначала возмутилась, конечно, но, на самом деле, была по-настоящему счастлива вернуться чуть раньше. Это был первый в моей жизни отдых, проведенный полностью в одиночестве. Нет, не то чтобы я совсем ни с кем не общалась. Я так просто не умею. Однако поехала я одна, жила в собственном номере, у меня были две кровати, хотя спала я на одной, на второй, рядом, всегда лежал пульт от кондиционера, телефон и цепочка от Гоши, а перед сном я сжимала ее в руке под подушкой, так и спала. Я была полностью уверена в том, что уже выросла из этого, однако я очень сожалела о том, что не взяла с собой свою мягкую игрушку, крольчону, с которой сплю в обнимку с пяти лет. Последние несколько лет я уже перестала ее брать с собой всегда и везде, но мне было так одиноко и так сильно хотелось хоть кого-то обнимать, что даже игрушка была бы уместной. Мне никогда раньше не нравилось загорать, и все детство, когда мы с мамой приезжали на море, я проводила в воде. Часами напролет плескалась в одиночку, и мне никогда не было скучно, и не вылезала, пока не начинала трястись и губы не синели. Может быть, отношение к воде изменилось за четыре года с дредами, которые я берегла и старалась не сильно мокнуть. В любом случае, так долго сидеть в воде мне уже больше не хотелось. Я забегала в море минут на пятнадцать максимум, и часами лежала на солнышке в обнимку с книжкой. Весь этот отдых я провела в мире Патрика Ротфуса. С собой, в числе двух прочих, была только начатая мной книга "Имя ветра", в которую я занырнула с головой, и, дочитав первую часть, тут же отыскала в интернете вторую, и, несмотря ни на что, читала ее онлайн. Сегодня вот дочитала, с огромным сожалением. За всю мою жизнь книги, которые я читала с таким восторгом, с таким воодушевлением, их по пальцам одной руки сосчитать можно. Книги, от которых трудно оторваться на еду или на сон, за которыми засиживаешься до трех часов ночи, и даже не замечаешь как, и которые отчаянно не хочется дочитывать. Вот это именно такое. Первой для меня была Таня Гроттер, еще в детстве. Потом Макс Фрай, Гарри Поттер и Властелин колец. И все, включая Имя ветра - фантастика. Я, конечно, всегда знала, что волшебный мир мне нравится больше всего, но долго запрещала себе читать не_классику по определенным причинам, и только полгода назад постепенно начала разрешать себе читать то, что хочется, и искать свое. Не как филологу, а как простому рядовому читателю. Я точно знаю, что эту книжку я буду перечитывать, и много раз. Она спасала меня от уныния и одиночества, она сделала мой отдых хорошим, несмотря ни на что. А косяков было много. Начиная с невероятного количества мусора в стране, продолжая совершенно неадекватными, не желающими работать и почти не говорящими на английском работниками отеля, и заканчивая двухдневной экскурсией за сто с лишним долларов, на которой был потерян плеер за тринадцать тысяч, и не было получено совершенно никакой информации, потому что отвратительно безграмотного и фамильярного гида слушать было пыткой для моих ушей. Море было ласковым и нежным, почти всегда спокойным и почти идеально чистым, на удивление, но первые же пять минут моего в нем прибывания показали, что оно враждебней, чем кажется, двумя укусами незаметных в воде медуз, и последующие заходы в море сделались несколько тревожными. Загорала я в самом безлюдном углу недалеко от бассейна, время от времени окунаясь в воду для охлаждения. Старалась каждый день заходить в море хотя бы один разочек, но не всегда до него доползала, хотя отель и был на самом берегу. С едой была какая-то катастрофа: бесконечные очереди, куда ни сунься. Даже на тарелки бывали очереди. И не факт, что, если простоишь, то успеешь взять то, что хотел, потому что еда быстро заканчивалась. Я научилась подгадывать время, быть не шибко притязательной, не раздражаться на ожидание и читать в очередях. Первые несколько дней я еще пыталась играть в ингресс, там были порталы прямо у отеля, но потом потерялась локация, и я сдалась. Первые дни я продолжала переписываться с игроками через телеграмм, но как только поняла, что общение с местными ингрессерами мне не светит, я решила его на время удалить, к тому же хотела, если уж переписываться с кем-то, то со своим парнем или с подругами, и ни с кем больше. С Гошей за это время мы успели несколько раз сильно поссориться. Мне его не хватало, я обижалась, когда он пропадал и подолгу не отвечал, потому что было очень одиноко. Но все-таки, мы справились, и когда я увидела, что рейс перенесли, я была счастлива вернуться к нему на день раньше. И, несмотря на неожиданные изменения, он встретил меня на вокзале. Раньше мы могли по несколько часов переписываться, и не получалось состыковаться, отменялись планы и все выходило наперекосяк. Я поняла, что нужно быть чуть более искренней. Что, если я хочу его увидеть, то нужно так и писать, и не придумывать ничего сверху. Не знаю, как и объяснить толком, но я исправилась. И все получилось. И получилось волшебно. Приезжать одной из другой страны, возвращаться домой, к любимому мужчине, когда он встречает на вокзале - это огромное счастье. Пока ехала в аэроекспрессе, думала, я там расплачусь. Но нет. Я помнила, какое это счастье, когда тебя встречают, по тому дню, когда я вернулась из Израиля, а меня ждали мама с Димой (ее парнем на тот момент) и Оля, как я была удивлена, что Оля была там, какой это был сюрприз, и как я была счастлива. Понимание, вся эта фигня с тем, чтобы не настаивать и не просить слишком, нет, я все это отбросила и писала как есть: да, я очень хочу, чтобы ты меня встретил. Без намеков и преуменьшений, без окольных путей, напрямую. Раньше так ни за что бы не написала, но сейчас… Сейчас я просто не хочу ничего лишнего. Я не знаю, смогу ли я это удержать, но сейчас мне кажется, что за это время я научилась быть немного честнее с собой и с ним, концентрировать внимание на важных вещах и не придавать такого большого значения мелочам, чтобы не позволять им нас ссорить. Вчера мы несколько часов провалялись в ванной, потому что ужасно по этому соскучились, а потом на меня накатила сильнейшая усталось, такая, что я еле держалась на ногах, и Гоша носил меня по дому на руках, как принцессу, и всячески за мной ухаживал. Кажется, мне все-таки удалось найти нужные слова, чтобы убедить своего замечательного мальчика в том, что я люблю его, и далеко не только за внешность, что его есть за что любить. Я долго думала над этим его вопросом, и над тем, как помочь ему стать хоть чуть-чуть увереннее в себе. Надеюсь, что у меня все же получилось. Этот момент невероятного счастья я хочу навсегда сохранить в своем сердце.


Сейчас, уже чуть больше проснувшись, оторвавшись от текста на завтрак с мамой и с доктором, немного поговорив с ней, я постепенно начинаю возвращаться в повседневность, которую оставила здесь. Не то чтобы мне очень этого хотелось, если честно. С понедельника начинается учеба и работа, все разом. У меня до сих пор нет академической справки, и меня немного динамят в пстгу. Ездить туда не хочется, и ощущение внутри, что я как-то плохо в итоге рассталась с университетом, хотя мне не хотелось обрывать мосты, не хотелось ни с кем ссориться. Я понимаю, например, что ОЮ, должно быть, на меня очень злится. Еще думаю о языках, о том, что я больше полугода совсем не училась, и немного отвыкла от этого. О брошенных из-за внезапного отпуска занятий на мотоцикле с инструктором. Об ингрессе, ярый энтузиазм к которому за это время несколько поутих. И это большая радость, что я перестала так фанатеть. Есть много вещей, которые гораздо важнее и гораздо интереснее какой-то игрушки. Я слишком в нее погрузилась, и мне было сложно от нее оторваться и не думать о ней. Сейчас это, вроде бы, прошло, и теперь я постараюсь быть с ней осторожней. Хотя, конечно же, не собираюсь прекращать играть. Даже не знаю, почему-то я сейчас чувствую себя очень потерянной. Я была расслаблена, я действительно отдохнула и отвлеклась, а сейчас мне нужно напрягаться обратно. Но, в таком случае, нужно еще и себя не переоценивать, сохранить каким-то образом спокойствие и равновесие, не раздражаться, сохранить в себе всю эту радость возвращения домой, к любимым людям. Понимание, что люди - самое ценное, что у меня есть. Пока я была на отдыхе, я задумывалась о том, чтобы вернуться к занятиям испанского и французского, но сейчас я поняла, что мне ни в коем случае нельзя брать на себя больше, чем я способна унести. Мне нельзя брать на себя все, что, как мне часто кажется, от меня требуется. Не нужно никаких жертв, не нужно "я все смогу". Нужно, чтобы больше не было нервных срывов. Нужно учиться дальше и получить образование, и работать, это действительно нужно. Но не напрягаться. Ни в коем случае! Нужно быть счастливой. Вот что я делала вчера весь день. Я наслаждалась тем, что у меня есть, и переполнилась этим, прониклась, так, что мне трудно было поверить, что это все по-настоящему. Потому что нужно отдаваться тому, чем занимаешься. Будучи на работе - работать, не отвлекаясь на ингресс и все эти чаты в телеграмме, работать на совесть, раставлять приоритеты. Будучи дома с мамой, наслаждаться ее обществом, поддерживать, думать о том, где и как я могу помочь. Будучи с Гошей, выбрасывать из головы все остальное, не вносить в отношения внешнего напряжения. Вот что важно. Разделять, быть сосредоточенной там, где это необходимо, а не двадцать четыре часа в сутки. Высыпаться, отдыхать тогда, когда телу требуется отдых, не перегружаться. Самое сложное это справиться не со всеми задачами, которые я себе регулярно придумываю. Нет, если решать их по отдельности каждую, это возможно. Самое сложное это справиться со своим перфекционизмом и требовательностью. Отпустить. Ослабить хватку - готово, съездила. В этом плане хорошо, что я поехала одна. Но не сжимать тут же тиски обратно, только вернувшись домой. Я не одна, на мне не висит все и сразу, и то, что я так воспринимаю то, что со мной делится проблемами мама - это моя беда, и именно мне с ней нужно справляться. У нас все налаживается. Долги и счета - это не настолько страшно, как мне кажется, когда я об этом думаю. Я все преувеличиваю и накручиваю. Мне сложно с собой. Мне нужно себя искренне хвалить и себе радоваться, а не говорить "не идеально, можно лучше, ты можешь отдавать больше". Это подход, который ведет к саморазрушению, а я всегда стремилась к гармонии, и особенно сейчас. Мне кажется, что я от нее очень далека. Но работать над собой не значит давить на себя, втискивать в рамки и требовать, требовать и требовать. Я не на сто процентов уверена в том, что сейчас буду писать, но сейчас мне это кажется самым правильным, хотя и удивительным, и противоречивым. Начну с того, что для такого чтобы как-то менять себя, чтобы заниматься самосовершенствованием, нужно найти путь к гармонии. Думаю, лучше всего общаться с окружающим меня миром, будучи с ним в гармонии. Для этого сначала нужно найти гармонию внутри себя. А для этого нужно сначала понять и полюбить себя, чтобы мне в самой себе было комфортно, уютно и хорошо, чтобы мне не хотелось выпрыгнуть из своей жизни, словно из промокшей насквозь одежды или натирающей обуви, чтобы носить свою жизнь, как плотно сидящую перчатку из приятного материала. Я всегда учила себя подстраиваться под окружающих, учила себя уступать, идти на компромис, поступать правильно, как я себе это представляла, даже если мне приходилось при этом переступать через себя. Я учила себя слушать окружающих чутко и внимательно, учила себя думать о других, а потом о себе. Не то чтобы все это были ложные и вредные вещи. Конечно же нет. Но сейчас я с удивлением обнаруживаю, что сначала нужно быть эгоисткой, а потом уже альтруистом. Как бы это объсянить так, чтобы оно в тексте было таким же ясным, четким и понятным, каким предстает у меня в голове? Трудно. Совсем трудно. Меня сейчас любят и принимают, у меня есть все, что нужно любому человеку для счастья: друзья, семья, работа, учеба, любовь. Меня любят, и сейчас у меня есть все шансы полюбить себя самой. Научиться не бояться и доверять, укрепить уверенность в себе. Мне особенно сложно, но необходимо это, потому что последние несколько месяцев я только и делаю, что создаю проблемы, ссоры, отталкиваю самых дорогих и любимых, но чем больше я об этом думаю, чем больше в это погружаюсь и виню себя, тем хуже становится. Мне нужно переключить себя. Быть открытой, просить о том, чего мне действительно хочется, быть откровенной с самой собой и не бояться этого, не бояться быть эгоисткой, и не укорять себя за это, а быть благодарной. Быть по-настоящему благодарной вселенной, которая подарила мне таких подруг, такую маму и такого парня, быть благодарной вселенной от всего сердца и всей душой, как вчера. Я лежала и плакала, потому что вдруг на меня навалилось всем весом осознание того счастья, которым я обладаю. Быть настолько благодарной, насколько вселенная щедра ко мне. Может быть, мне и не удастся взять и вдруг превратиться в любовь, чистую любовь, которой я была когда-то совсем недолго, летом, три года назад. Но сейчас впервые с тех пор я чувствую себя так близко к тому, что ощущала тогда. Только вот сейчас все совсем иначе. Это так удивительно. Я вчера лежала рядом с Гошей и думала о том, что вот, мы вместе, что мы любим друг друга, и ощущала это почти на уровне осязания. Я постепенно, шаг за шагом преодолевала барьеры болезненного прошлого. И вчера я в первый раз почувствовала себя так счастливо рядом с ним, как, думала, больше никогда не будет, и еще счастливее. Как будто бы такое возможно. Нет, думаю, возможно и еще гораздо большее. У меня в слова ничего не помещяется, и все путается. И в первый раз-то подобное описать было чудовищно трудно, а насколько сложнее сейчас? Как поместить в слова эмоции и ощущения, которые заставили меня плакать от счастья впервые в жизни? Как объяснить что-то настолько личное так, чтобы оно вдруг не стало постыдным? Я не могу перечислить или посчитать, сколько раз я ошибалась с Гошей. Сколько раз неверно оценивала свои чувства. И насколько сильно изменили меня эти двенадцать дней одиночества в Африке и с юным рыжим Квоутом Бескровным. Как мне это сказать? "Ничего подобного в моей жизни больше никогда не будет" - перечеркнуто. Мне не хочется здесь писать имя из прошлого, я очень надеюсь, что и без него будет понятно. Пожалуйста. Поймите. Просто поймите, что сейчас - не так же, но никак не менее сильно, и в действительности гораздо лучше, потому что взаимно. Потому что, черт возьми, взаимно! Потому что мы вместе уже год, потому что мое безоговорочное доверие основано не на пустом месте, не на розовых очках и безумной влюбленности, не на детской вере в сказки, а на действиях Гоши. Я верю ему, потому что я знаю, что ему можно и нужно доверять, потому что я знаю, что не ошибаюсь, потому что я знаю, что он никогда не предаст, не изменит, не станет врать или скрывать что-то, а не потому что я просто хочу верить.


24.05.16 16:53 - 18:49

Прошло всего лишь несколько часов, а меня отпустило, будто все это не совсем со мной происходит. Теоретическое знание, но не эмоции. Так ведь лучше, да? Радоваться и учиться наслаждаться, когда что-то особенное происходит, и не скучать, не нервничать, не переживать остальное время. Или просто изменилось само содержание слова "скучаю"? Раньше это всегда означало погруженность в мысли о человеке, при которой на первый план, вперед актуальных событий и жизни, выходит мучительная тоска. Я, пожалуй, и не хочу скучать так, как раньше, не хочу болезненно нуждаться ни в одном конкретном человеке, ни в людях в целом. Нужно только научиться не осуждать и не корить себя за хладнокровие и почти равнодушное отношение к близким. Что научило быть эмоционально такой эгоисткой?


Вчера я поняла, что стала слишком хорошей актрисой. Настолько, что сама себе верю, и потому не умею уже адекватно проанализировать себя изнутри. Но все же это касается мелких и бытовых ситуаций, а в моменты сильных всплесков, будь они положительными или отрицательными, я все равно не смогу себя обмануть. Значит, в этом нет никакой проблемы. Значит, вместо того чтобы копаться в себе и пытаться выяснить, что там внутри на самом деле происходит, я могу быть рационалисткой и выбрать или построить ту модель, которая будет наиболее удобна, которая, оптимально, не доставит проблем никому: ни мне, ни окружающим. Если я могу действовать исходя из любой эмоции, то почти все что угодно можно прописать и продумать. Думать о том, чего я хочу добиться тем или иным действием, почему я хочу этого, не шаблонна ли причина, что происходит со мной все чаще, нужда ли мне та или иная реакция и зачем. Всегда простраивать логику. Не торопиться действовать. Быть более рациональной, чем когда-либо.


Сижу, перебираю упущенные в письменном виде факты моей повседневности и подробности мелких мыслей. Раздробленность, которую мне не кажется важным фиксировать. Хочется писать о чем-то, что бы хотя бы сейчас казалось мне важным. Вместо этого в голову лезут измышления о моем вегетарианстве, что у меня просто нет причин есть мясо снова, хотя былой категоричности уже нет, а воинственности никогда и не было. Картинки, вроде стеллажа с карточками на верхнем этаже на работе, к которому я уже не первый день вырезаю, подклеиваю и расставляю картонные разделители, пометки, разбираю по алфавиту, все переставляю, хочу, чтобы было идеально, получаю от этого определенное удовольствие. Отгоняю мысли о собственной бесталанности "больше я ни на что и не гожусь". Перечислить языки, которыми занималась раньше, и ни один из которых сейчас не поддерживаю, ощутить мимолетный укол совести, осознать, что уже почти календарное лето, и в следующую среду будет хиппятник, мечтать об отдыхе на море с Адельфосом, о хорошем и регулярном сексе, думать, как решить все наши проблемы, не заметить, как "мы" въедается все глубже и прочнее, подумать, что Дима был единственным духовно близким мне человеком, опровергнуть себя, напомнив, что никогда его не понимала и не слушала, следовательно это была лишь видимость духовной близости, желание, в таком случае, прождать, сколько потребуется, и создать, построить ту атмосферу, которая представляется мне идеальной. Что мне нужно? Разделение этого неугасимого жала поиска духовности, поиска чего-то глубокого во всем подряд: в стихах, в классической и любой другой музыке, во всех видах литературы, в кино, в любых направлениях философии, в религиях, в театре, в людях, в себе, в природе, в жизни. Повсюду. Это было в Диме и объединяло нас больше, чем что-либо другое. Это трепетное отношение к любому источнику, из которого, возможно, можно будет что-то почерпнуть. И я не вижу ничего подобного в Адельфосе. Хочу ли я в нем это пробудить? Могу ли? Или мне это не настолько важно, каким казалось когда-то? Вот, мальчик начал читать, что меня очень радует и дает надежду на то, что со временем у меня получится приобщить его ко всему этому. А нужно ли? Нет, однозначно было бы круто, но не стоит рассчитывать. Помнишь? Мужчины не меняются. Влюбляясь, будь готова принять все целиком, как есть, без единой поправки. Только он ведь еще мальчишка, он не останется таким как сейчас навсегда, и мне чертовски любопытно, что он из себя слепит. Не беги вперед. Не беги! Хей! Хочется заглянуть в будущее хоть одним глазком. И так забавно, увлекательно. Играю. Поостеречься использовать это слово? Именно из-за его нескончаемых смыслов и оттенков, о которых я догадываюсь после всех пропузенных через себя диспутов и лекций, я все-таки принялась за "Игру в бисер" Гессе. Только кажется, что мне совсем не с кем будет потом ее разделить. Если у меня она идет так туго, Адельфос не осилит и десяти страниц. Ну, глупо ожидать слишком многого, вернее, не стоит вообще ничего ждать. Привет, шаблонное, старое правило, по-прежнему остающееся справедливым, но лишь отчасти. В ожидании много хорошего для того, кто его испытывает, особенно если этот человек умеет, если что, притворяться равнодушным так же хорошо, как я, чтобы слово "притворство" и вовсе можно было вычеркнуть. Ох, как я нравлюсь себе такой, как сейчас! Остаются проблемы с объектом возложенных на него ожиданий, это всегда непрошеный, лишний, ненужный груз.


Я снова стала достаточно частым гостем в консерватории, в последний раз даже нашла лучшие места для оркестровых концертов: правое верхнее ложе, балкон, чтобы следить, когда и кто и с какими эмоциями играет, и заворожиться магией движений дирижера, никогда, после того аниме, не забывая, что именно он - сердце оркестра, именно его музыку я слушаю, именно его душа так поет. Была еще один раз в театре с Беллой Леонидовной, впечатлилась только костюмами и едой в ресторане перед спектаклем, но приняла к сведению и надеюсь в дальнейшем все же проникнуться в большей степени. С концертами пока везет, каждый вызывает восторг. Просто я люблю музыку, очень. А еще продолжаются напряженные отношения с Натальей, стараюсь не акцентировать внимание. Она ведь плохого ничего не хочет, просто привыкла так выражаться. Вон даже еду мне заказала вегетарианскую, пока я болела. Вчера рассказала Адельфосу про Димину помешанность на запахах, а сегодня Белла Леонидовна подарила мне первые нормальные духи. Счастья полные штаны, хех. И, конечно, буду пользоваться. Воплощение тайной мечты маленькой девочки внутри меня, которая все еще ощущает себя принцессой, подобно тем, из журналов с раскрасками, что я коллекционировала в детстве. Пожалуй, не стоит больше забивать на умывалки и прочие средства. Ах да, там еще был фестиваль и два Лениных концерта. Отсутствие подробных отчетов с фестивалей грозит превратиться в печальную традицию. Но сейчас я не успею, да и не уверена, что хочу. На первый концерт я ходила одна, пришла сильно раньше, скучала, выпила пива, и чувствовала себя настолько одинокой и чужой на этом празднике жизни, где Леня был занят, да еще и с девушкой. Нет, она, конечно, милашка, но когда они целовались, я предпочитала отворачиваться, и, к счастью, так этого и не увидела. В общем, на следующий концерт я всеми правдами и неправдами уговаривала Марс пойти со мной, готова была заплатить за вход за нее и оплачивать выпивку, благо, финансы позволяют. Было весело, счастливо, что Марс все время была рядом, удивительно видеть Юлика, приятно недвусмысленное проявление заинтересованности Шолома, одного из Лениных друзей, но ничего более не хотелось. Было слишком хорошо, и Леня, казалось, не простит меня, если я уеду, так что я на час задержалась в килфише, в который мы пошли после концерта. Забавно, как нам с Марс аплодировали у барной стойки после поцелуя, я уж и отвыкла, что люди могут так реагировать. А через час, когда все расслабились, я убежала к своему любимому, позволившему мне делать все, что я хотела, встретившему на динамо с бутылкой вина, а дальше была наша безумная пьяная ночь, страсть, беспорядочные объятия и поцелуи, следы моих ногтей до сих пор не прошли на его спине, и ни капли сожалений. Ох, мне пора в консерваторию, и уже заканчиваются листочки, это последний.

23.05.16 18:57
То, как я отзываюсь об Адельфосе, о "нас", как я рассказываю о нем подругам, как, судя по всему, и думаю внутри себя, это то, какая я на самом деле, или то, какой я хочу быть? Что это такое? Ухмылка, высокомерие. Начала ли я воспринимать его чувства как должное? И что изображаю из себя? Это ведь продолжение защитной реакции. На чистоту. Я делаю все, что только можно, чтобы не углублять свои чувства к нему, а наоборот, сделать их более поверхностными. Это из-за прошлого, затаенной обиды, злобы, мстительности, не воплощенной ни разу, никак и нигде не выраженной. Это мои тараканы, которых я принесла из прошлых отношений в нынешние. Черт. Я ведь не хочу этого. Я не вру, когда говорю, что люблю его. Иногда я чувствую это ярче, яснее, но чаще я почти равнодушна. Или это маска для самой себя? Я хочу разобраться. К чему мне это сейчас, когда я ТАК любима? Я могла бы быть гораздо счастливее, если бы позволила себе это. То, что я чувствую, это почти непроницаемое одиночество. Я люблю Адельфоса, маму, Аню, Марину, Марс, Леню. Но за последнее время я отдалилась от них всех. Вот сейчас я еду к Марс, потому что совсем перестала понимать, что творится у нее в жизни. И я сомневалась, я почти заставила себя поехать, хотя первоначальный порыв был абсолютно искренним. Я давно не ездила к Марине и не звала ее к себе. Я перестала пытаться поймать Аню, а она перестала чуть что прибегать ко мне. Попыток поймать Леню тоже не было, хотя он даже звал, писал, что в двух шагах от меня работает. Самое страшное, что и с Адельфосом, с которым я сейчас чаще всего вижусь: как минимум пару раз в неделю, я скорее отдалилась, чем сблизилась, хотя мне так хотелось и хочется обратного. Может, недостаточно хочется? Может, мое одиночество сильнее всей моей любви? Значит ли это, что у меня пустое сердце? Насколько это должно быть страшно? Когда я с кем-то, мне сильнее хочется оказаться одной. Я с головой погружена в новый сериал, "Близкие друзья", и, кажется, за его героев переживаю сильнее, чем даже за самых родных и близких. Это ведь совсем не нормально. Со_всем. Я думала, что дело в апатии. Сейчас у меня другие мысли. Я один раз пыталась сформулировать вслух, Адельфосу. Но получилось криво. Умещать мысли в слова так трудно, будто я куб в отверстие для шара запихиваю.
23.05.16 20:50

Либо я ебаный лицемер, либо я могу одновременно находиться в двух состояниях. И, возможно, мне просто. Тц. Либо мне чертовски на все насрать, либо мне почему-то очень хочется, чтобы это было правдой. Этих правд стало слишком много, и мне. Нужно. Из них. Выбирать. Я не лгунья, это точно. Просто моя жизнь разложилась на слои. Вот я одновременно люблю Адельфоса и срываюсь с места, и бегу к нему, и злюсь на пробку, и что он меня ждет, и на время, и всю ситуацию в целом, и матерюсь, готовая выскочить из троллейбуса и побежать к метро, плевать, что дорогу не знаю. И в то же время сижу, слушаю музыку, дыхание спокойное, никакого физического раздражения и гнева не ощущаю. Не могу не обратить внимания на это противоречие, и сразу хочется накинуться на себя с категоричными: "лгунья, фальшивка, лицемерка, похуистка". Но я изменилась и ощущаю эту категоричность как чуждую себе. Пробка закончилась. Я формулирую свои мысли и реакции на события в соответствии с шаблонами, интересно, где они, откуда взялись, когда сформировались. Я говорила Адельфосу, что чувствую, что я очень сильно изменилась этой зимой, что это была новая поворотная точка.


Там классно пахло. Я побежала, как только вышла из троллейбуса. Старалась дышать ровно, но ведь понятия не имею о том, как это делать. Сбилось дыхание, но горло уже почти не болит. Пополняла тройку, ударила в автомат кулаком, в ожидании возврата карточки. Очень хотелось сломать ее, пока шла к турникетам и вертела ее в руке. Ручка дважды вывела "б" вместо "д". Где же спокойствие? Я ведь его все еще чувствую. Чуть не проехала станцию, бежала через весь павильон, пишу на поручне эскалатора, не могу понять себя, хотя очень, ОЧЕНЬ этого хочу. Не могу поймать оставленную и потерянную в троллейбусе мысль. Снова бежала до маршрутки. Побаливает вывихнутая в субботу в очередной раз нога. Эта новая двойственность мыслей, ощущений, чувству, проявляется во всем каждую секунду моей жизни. К таким вещам не привыкают быстро. Тем более, что я долго считала, что это лишь временное явление, поэтому относилась к нему строго негативно, отбрыкивалась, боялась, ненавидела. Сейчас я не уверена ни в прежнем, ни в новом отношении. Но, возможно, это новое теперь будет со мной навсегда, возможно, это новая я, к которой мне нужно привыкнуть, которую осознать и о_смыслить. Наполнить. Понять, что новое всегда лучше, чем старое, начать гордиться этим новым, научиться этим пользоваться. Управлять. Может быть, управлять собой гораздо лучше, чем получалось когда-либо. Вернуть старое. Хочется. Но оно так далеко… Недосягаемо. Может быть, вернуть не целиком, а как вариацию своего сейчас, чтобы было из чего выбирать, чтобы свободно переключаться между состояниями, быть настоящей хозяйкой самой себя. Но это только мечты, что общего у них с реальностью? Как воплотить смелые идеи в жизнь? Как чувствовать себя так, как хочется, а не в соответствии с любым из написанных заранее шаблонов, старых или новых, ведь нет разницы.

12:07 - 14:09
Уже Март настал, а я до сих пор не написала "итоги", как собиралась, за оставшийся позади период. Из переходного на него не так-то просто смотреть. Все вперемешку, каша в голове. Стараюсь ее как-то упорядочить, и главная мысль, которая живет во мне который день, это то, что самое главное сейчас это дружба. И только она. Больше всего двух моих любимых девочек: Ани и Марины, приезжают часто, но мне все равно мало, я все равно скучаю. Два человека, которых вообще никак не может быть много, помимо семьи, конечно. Со всеми остальными осторожничаю. Пожалуй, самая главная моя проблема сейчас все-таки находится на уровне психологии. Нервные боли не то чтобы совсем прекратились, они поутихли, но чуть что какой даже намек на стресс, как снова те же неприятные ощущения и тошнота ползет вверх к горлу. По мелочи в основном. Обнимая меня, люди удивляются, почему у меня так часто бьется сердце. Я недоумеваю, неужто и вправду? А вчера оно стучало мне в ухо прямо из подушки, и да, действительно было слишком частым. С эмоциями странное происходит. Не то чтобы недавно они были яркими, а теперь вдруг перестали. Я ведь училась, я вообще не особенно обращала внимания на то, чувствую я что-то между делом или нет. Жила. Занималась. И эмоций, вроде как, не требовалось. А потом вылезла из всего этого болота. Ну как, вылезла. Вылезаю. Еще пока в процессе. И вдруг выяснилось, что мне НАДО. ОЧЕНЬ НАДО. Чтобы была если не буря, то хотя бы сильный ветер, полный запахов, цветов и завихрений. Начался мой старый добрый самоанализ, на котором все оказалось совсем не ладно. Чем больше внимания нервам, тем они как будто даже усиливаются. Чем внимательней я смотрю на то, что со мной происходит, тем, кажется, толще становится стекло, сквозь которое я смотрю, и тем очевидней, что касательно любых эмоций в своей жизни я не тот, кто их чувствует, а сторонний наблюдатель, человечек с тетрадкой, который скрупулезно делает отметочки, ставит галочки и прочерки: ага, вот тут что-то шевельнулось, когда произошло то-то и то-то, а вот в этой ситуации, увы, ничего не шевельнулось. И ничто не настолько сильно, чтобы наблюдатель отвлекся от проставления галочек и непрестанного мысленного написания заметок, и погрузился, наконец, в настоящее, в то, что непосредственно С НИМ, на самом деле, происходит. Особенно сильно меня это встревожило, когда я так пронаблюдала вечер с Адельфосом, в который обычно погружалась с головой. Это состояние вызывает сильное чувство вины. Люди проводят со мной время, думают, что я с ними, а я сижу в сторонке и пишу в блокнотике, в то время как они шутят, чтобы я улыбалась, создают атмосферу, чтобы я в нее погружалась, они погружаются в нее сами и думают, что я чувствую то же самое. Я их понимаю, вижу, что с ними происходит, но не более того. Я чувствую себя калекой от того, что не могу по-настоящему разделить ничего ни с дорогими людьми, ни с просто хорошими, которых еще больше. Когда чувствуешь вот так, невозможно ни с кем встречаться, даже целоваться не хочется, потому что уж что-что, а поцелуй должен сносить голову. Вот дружить можно, хотя все равно часто бывает стыдно из-за этой моей отвлеченности. А еще это страшно. Хочется срочно что-то сделать, чтобы ПОЧУВСТВОВАТЬ ЖИЗНЬ. Поймать ее дыхание, отнять глаза от блокнотика и хоть ненадолго застыть с широко раскрытыми глазами, ловить каждое остановившееся мгновение. Это мое разочарование. Я отказалась от двух деталей своей жизни: от секса и от ганджы осенью, и теперь почти не прекращая думаю о том, что вот это-то дало бы мне то, чего мне так не хватает. Низко. Это становится навязчивой мыслью. Я вспоминаю наиболее яркие в эмоциональном плане моменты своей жизни. Первой в голову приходит, конечно, любовь, но тут я безнадежна. Влюбиться? Я настолько здорово научилась этого НЕ делать, что теперь кажется, что разучилась даже начинать. Крыши? У меня там были крыши, да, но сейчас любая мысль о том чтобы встречаться с кем-то конкретным вызывает во мне только неприятные эмоции. В потенциальном ком-то я научилась искать что-то отталкивающее и фиксировать на этом внимание, так что теперь делаю это автоматически. Внешне мне теперь трудно угодить, меня избаловал мой мальчик, Адельфос, красавчик, которым я не устаю любоваться. Это такой очевидный факт. Итак, я выписала перед собой два варианта развития мысли: либо со мной что-то совсем не так, нужно в этом копаться и пытаться исправить, лиииибо ничего такого нет в избирательности. Внутренних разных проблем мне и так хватает, так что, промучившись предварительно несколько недель над этим вопросом, я все-таки решила, что я просто буду ждать, когда появится кто-то идеальный для вот такой меня. Один раз вселенная мне уже показала, что идеалы, субъективные такие, но все же существуют. Я глупенькая девочка, которая западает на внешность. С этим я смирилась. Мои девочки залипают одна на ум, другая на тепло, а я самая банальная. Уже начала шутить, что останусь старой девой (ха-ха), одиночкой, из-за излишней разборчивости. Помню, что всему из себя идеальному принцу еще надо соответствовать, об этом позабочусь. Смею надеяться, что, судя по тому, как мне везет последнее время на заинтересованных мужчин, не так уж и малы мои шансы на чудо. Того и гляди в подобие стервы превращусь. А свою станцию метро (Динамо) я уже активно оправдываю. А сидя в сторонке и занимаясь своими делами, пока тело шляется и даже влюбляет в себя, гораздо проще оставаться невозмутимой, не всколыхнуться сильным сочувствием, не испытать жалости, оставить только неловкость, и то, может, и она пройдет. Я там наверху писала про эмоционально сильные фрагменты жизни. Первый это любовь, следом за ней по цепочке идет секс, и тут я себя одергиваю. Тут, кстати, все наконец-то разложилось по полочкам, сплошное удовольствие, когда в любой момент есть осознание, что думаешь не одним местом, а все делаешь так, как рассудил нужным. От церкви я совсем отошла. Еще один очевидный факт. Может, здесь еще что-то изменится, но сейчас назвать себя христианкой я не могу, я ведь даже не причащаюсь, и не планирую. Это оказалось еще более сложным для меня. Попытавшись погрузиться, я не увидела того, чего искала, и пока что останусь висеть где-то посередине, не качаясь больше ни в сторону атеизма, ни в сторону агностицизма, ни в сторону христианства, не говоря уже о бесчисленных других религиях. Итак, можно сказать, что я освободилась (от чего?..), получив при этом несколько хороших штук. Возвращаться к старым привычкам так просто я не стану. Молитву убирать из обложки паспорта тоже не буду. И изучать тоже прекращать не собираюсь, как и относиться с каким-либо презрением или даже праздным интересом. Что-то глубже осталось. Непонятное. Не выписанное. И не выписуемое. Голова на плечах в нужных ситуациях это хорошее новоприобретение. И еще то, что мне теперь нужно время, и чтобы человек был особенным другом для меня. Как-то так. И разборчивость вместе с отрешенностью тоже никто не отменял. Но кто-то же вытащит, встряхнет меня. Почему-то я в этом все больше уверяюсь, безотносительно к вопросу "когда". Еще я вспоминаю зацепинг, к которому я точно уже не смогу вернуться, это проверено, инстинкт самосохранения появился, и сильный. Последней остается только музыка, в которой я потеряла действительно многое… Человечек в сторонке продолжает все записывать тогда, когда я играю. В эту пятницу я проверила. Я играла так же, как и раньше, но не могла ни отвлечься от усталости и боли в руках, как отрешалась от них раньше, ни от однообразности ритмов, которые меня раньше вовсе не заботили, я была скованной и боялась вести из-за неуверенности, хотя раньше всегда вела, разыгрывалась, и не могла остановиться часами напролет. Вместе с марихуаной я потеряла это, и я не знаю, смогу ли вернуть. У меня есть идея. Найти место, где угодно, и играть, пускай однообразно, но играть долго и каждый погожий день, чтобы натренировать руки, чтобы снова наработать свои мозоли, чтобы, погрузившись в это, снова отпускать руки на свободу и играть в удовольствие. Я очень этого хочу. Заодно и денег подзаработать. В прошлом году это очень даже неплохо прокатывало. На джембе зарабатывать себе на ударку. Но сейчас для меня самое главное это потерянные эмоции. Нужно работать над собой, а не возвращаться к дудке. У меня слишком много причин, чтобы больше не курить. Последняя была озвучена на недавнем обследовании у психолога. У меня расшатанная нервная система, ее качает из стороны в сторону, с настроениями, которые прыгают туда-сюда. Курение увеличивает амплитуду, мне просто нельзя, я и так расшаталась. Мне нужно искать и найти другие способы.
14:12
Почему я ни разу не перечитывала этот период? Он был самым сложным, пожалуй, что так, но и самым серьезным. Ничто не может научить и рассказать мне больше о том, как надо жить, чем посты, которые я писала тогда. Я себя пересиливала, делала больше, чем могла и чем должно, но я как никогда знала, что нужно делать, как думать. Последнее - самое важное. Контроль над эмоциями в сторону положительностей. Сейчас сложнее себя в это настроить, потому что, во-первых, за окном снег и серое небо, во-вторых, я сижу дома. НО! Это возможно, уверена. Это именно то, что я искала, из потерянного, то, что необходимо восстановить. Проще найти внутри себя свет, когда знаешь, какой он и где его искать. Поэтому я стала перечитывать. И точно не зря начала оттуда, откуда начала. А еще это был единственный период в моей жизни, когда у меня, пусть и недолго, но были нормальные отношения. Забавности. Их анализировать можно долго. Например, я, внезапно для себя, увидела, как охладела к нему в середине лета, и, в связи с работой и заполненностью дней, по сути перестала скучать и нуждаться в нем. Может быть, последующие боли за окончательным расстованием - всего лишь фантомные боли? А может, мне нужно было просто позволить нам переквалифицироваться в друзей, если бы я только смогла. Впрочем, чего нет, того нет. Зато есть другие люди, которые мне сейчас даже ближе, чем был тогда он.

Последняя значительная линия, которую я прослеживаю в записях, это мысли о будущем, о мечтах. То, как я постепенно пришла к филологии, как отказывалась от детских представлений о своем месте в мире. Как резко и быстро все менялось, но насколько ценны посты, в которых я записывала подряд свои мысли о будущем, пусть они и никогда не воплощались. Точно так же я могу сесть и пописать сейча, как вижу себя где-нибудь, мммм, что? А я себя не вижу четко. Только размазанные контуры, никакой конкретики, в отличие от того, что было раньше. Странно. Может, дело в том, что сейчас переходный период, и снова все в тумане? Мысли о путешествиях где-то там, о работе какой-нибудь, о том чтобы все время учиться, о том, когда мать перестанет меня полностью содержать. А конкретные образы не представляют собой ценности, будто мне и не важно, каким оно будет, это будущее. Надеюсь, что дело в том, что в любом будущем я смогу жить счастливо, хотя в голову лезут мысли о нескончаемых страхах. Нужно перенастраивать себя на позитивные мысли, но не резко, а постепенно. Не то чтобы я равнодушна к будущему. Я скорее спокойна. Возможно, потому что слишком вымоталась в ПСТГУ, чтобы переживать. После такой долгой беготни у меня сам собой взял и сформировался принцип настройки на спокойствие, умиротворенность. Настрой такой: пусть будет то, что будет, все пойдет своим чередом, делай что должно, а должно в первую очередь отдохнуть и разобраться в себе. Читаю еще про то, как работала в книжном, как срывалась, уставала, хотя не сказать чтобы у меня была большая нагрузка. Просто я сама себя перегружала, как и в ПСТГУ. Одно и то же. А нужно учиться быть расслабленной. И сейчас в этом главная задача. Совмещать отдых и работу так, чтобы продолжать быть няшкой для окружающих и думать о них (мама: ко мне вернулась моя Полина!), но и быть как-то дееспособной. Движочком. Не стоять на месте. А то как-то сами напрашиваются выводы о том, что я совершенно не пригоден к какой-либо нагрузке. Это надо срочно исправлять. И не быть бесполезной. Мне совсем этого не хочется.